Церковь отпраздновала 200-летие Бородинской битвы: казалось бы, юбилею под стать исторические реконструкции, конференции и школьные уроки. Однако православные считают победу в Отечественной войне 1812 года не столько (или по крайней мере не только) делом полководческого гения, сколько торжеством веры и вмешательством Божественной силы.
В благодарность за небесную помощь в субботу прошли литургия и крестный ход к батарее Раевского на Бородинском поле, а в воскресенье около 15 тыс. человек собрались в храме Христа Спасителя и у его стен на Волхонке.
Богослужение возглавил патриарх Кирилл, из Смоленска второй раз в истории привезли в столицу чудотворную икону Божией Матери, перед которой молились Кутузов и его войска (впервые ее привозили в Москву в 1912 году в честь столетия Бородина; вероятно, третий раз будет через век, так что желающим увидеть Смоленскую икону имеет смысл пойти в храм Христа Спасителя до 14 сентября или в Новодевичий монастырь, где она пробудет до 21-го числа). За двести лет технологии шагнули вперед: как икона пережила пребывание в армии, сказать трудно, а сейчас климатическая колба позволяет выносить ее под дождь.
Два века тому назад основной угрозой российским святыням была не погода, а вторжение наполеоновских войск. Патриарх описал французского императора как атеиста и богоборца: войдя в Россию и увидев по храму в каждой деревне, он решился уничтожить здесь не только государство, но и веру. Осквернялись иконы, спиливались кресты, разорялись монастыри. Это заставило объединиться всех – вопреки социальным и экономическим разделениям, так что генералы, знавшие французский язык лучше родного, смогли довести русскую армию до Парижа.
Тогда, как сказал патриарх в субботу на Бородинском поле, с точки зрения рационального анализа победа должна была остаться за превосходящим по силе врагом.
– Но мы знаем, что народ наш горячо молился Господу и Пречистой Богоматери. И мы победили, потому что мы действительно крепко молились, – сказал патриарх.
Предстоятель РПЦ считает, что память о победе в войне с Наполеоном должна стоять в одном ряду с памятью о 1945 годе. Однако основные параллели он проводил не между Отечественными войнами, а между событиями 200-летней давности и сегодняшними реалиями.
– В нашем обществе появляются те, кто хотел бы всех нас пригласить посмеяться над нашими святынями, отказаться от нашей веры, а если можно – то и разрушить наши храмы, – предупредил патриарх в воскресенье.
По его словам, "никто еще не открывает войны, ибо пока еще силенок мало", но уже "тестируют наш народ на способность защищать себя и свои святыни". "Психологически и идейно они ближе к тем детям революции, которые вторглись в наши пределы, чем к тем детям России, которые дали им отпор", – сказано о тех, кто не уважает слова "вера" и "Отечество", в написанном к юбилею патриаршем послании.
Многотысячный молебен под открытым небом (10 тыс. человек, не поместившись в храм, молились под дождем, перекрыв часть Волхонки) невольно воспринимался как реакция на недавние антицерковные акции – спиливание крестов от Челябинской области до Алтайского края, хотя и был запланирован задолго до них.
В ответ на предыдущие кощунства – панк-молебен Pussy Riot и порубленные вандалами иконы и крест в Невинномысске и Великом Устюге – уже собирались на молитвенное стояние 22 апреля. Тогда 65 тыс. человек просили вместе с патриархом Бога, "да ненависти, вражды, обиды, мздоимства, клятвопреступства и прочая беззакония прекратятся".
В это воскресенье молились об упокоении "благочестивейшего государя императора Александра I и всех вождей и воинов наших, в годину нашествия иноплеменных душу свою на Бородинском поле брани и во иных сражениях за ближних своих и за Отечество наше положивших". Очевидная параллель – оба раза после проповеди патриарх пел вместе с собравшимися "Символ веры". В апреле, конечно, получилось звучнее и эмоциональнее, но и в сентябре из-под зонтиков хору высоко и немного надтреснуто вторили продрогшие голоса.
Источник: Известия
