Епископ Ирпенский Климент: Главное сейчас – преодоление богословской инертности

В интервью порталу "Православие в Украине" председатель Учебного комитета Украинской Православной Церкви епископ Ирпенский Климент рассуждает о духовном образовании в Церкви.

– Владыка, Вы недавно возглавили Учебный комитет при Священном Синоде Украинской Православной Церкви. Какие задачи стоят перед Вашим ведомством на этом этапе?

– Каждый период в жизни Церкви выдвигает особые требования к духовному образованию. Однако самая главная задача остается неизменной – это подготовка достойных кандидатов для рукоположения в священный сан.

Система духовного образования, работа которой координируется Учебным комитетом, должна очень оперативно реагировать на изменения условий церковной миссии. А одной из важных характеристик этих условий является стремительный рост общего интеллектуального уровня всех слоев нашего общества. Где бы ни пришлось совершать свое служение нашим выпускникам, в обществе они всегда должны быть готовы соответствовать элитарному (в интеллектуальном смысле этого слова) статусу.

Реализация данной задачи зависит от многих обстоятельств: от содержания духовного образования и квалификации преподавателей, от степени мотивации у студентов к получению знаний, от того, насколько легитимными со стороны государства будут результаты духовного образования, то есть, от государственного признания дипломов об окончании духовных семинарий и академий.

Конечно, это далеко не полный спектр вопросов, стоящих перед Учебным комитетом. Я бы сказал, что они и не новы по сути. Те же концептуальные направления разрабатывали и мои предшественники на посту председателя Учкома. Однако сегодня очень быстро меняются внешние и внутренние обстоятельства церковной жизни, соответственно изменяющие и содержание тех вопросов, о которых я сказал. На протяжении последних двух десятилетий несколько раз изменялась концепция духовного образования. Тому причиной являются не только внутрицерковные факторы, но, также, изменение государственных требований структурирующих систему образования.

– Для чего, на Ваш взгляд, церковным учебным заведениям необходимо сообразовывать свою деятельность с государственными законами и указами об образовании, если духовные семинарии не признаны государством?

– Этот вопрос не раз вызывал дискуссию среди представителей духовных школ. Мне кажется, сегодня в этом отношении достигнут консенсус.

Церковное образование в нашей стране десятилетиями существовало не только в идеологическом отрыве от светского, но и по структуре, по форме методического обеспечения учебного процесса стало совсем непохожим на государственное высшее образование. Требования церковной жизни обязывают кандидата в священный сан иметь гораздо больший объем знаний и компетенций, чем просто уметь совершать богослужение.

Сегодня мы говорим о необходимости для священника обязательного высшего духовного образования. Было бы справедливым со стороны государства признать многолетние результаты работы профессорско-преподавательских корпораций отечественных духовных школ. Вместе с тем возникает вопрос: каков должен быть механизм этого признания? Необходимо создать условия для взаимной опознаваемости духовного и светского образования. Если мы называем духовные семинарии и академии высшими учебными заведениями, то должно быть определенное структурное соответствие между церковными и светскими вузами. Это касается срока обучения, объема прослушанных курсов и выполненных практик, требования к выпускным квалификационным работам. Именно поэтому система церковной подготовки кадров не может не принимать во внимание нормативные документы Министерства образования.

– В каких шагах нуждается учебная сфера церковной жизни именно сейчас и прежде всего?

– По моему глубокому убеждению, важнейшей общецерковной задачей должно быть создание стимулов для получения богословского образования и развития современного богословия. К сожалению, сегодня не всегда молодой семинарист может проследить прямую зависимость между количеством пятерок в своем аттестате и предоставлением ему такого места служения, в котором полученные знания можно было бы максимально использовать во благо Церкви. На современном этапе необходимо создавать эффективную систему распределения выпускников в соответствии с их богословским статусом. В этом может быть полезен опыт церковной жизни в Румынии и Греции, где невозможно получить указ на служение в городском приходе без диплома о фундаментальном высшем богословском образовании, завершившемся защитой диссертации.

Если проанализировать суть современных сектантских и псевдодуховных проявлений в церковной среде, связанных с ложными эсхатологическими учениями, то зачастую можно увидеть, что их лидеры в свое время получили рукоположение без систематического богословского образования. Сегодня из этого необходимо извлечь правильные выводы и создавать мотивацию для углубленного изучения богословских наук теми, кто желает стать священнослужителем.

– Какова перспектива того, что дипломы духовных школ будут признаны государством? Что делается в этом направлении?

– С самого начала в 1994 году реформа системы духовного образования рассматривалась как процесс, который приведет к признанию государством церковных дипломов. Как видим, даже через 18 лет эта проблема себя не исчерпала.

За это время было предложено множество моделей такого признания. Знаю по опыту, что людям, не компетентным в макропроцессах церковного образования, все представляется очень упрощенным. Можно услышать критику в адрес духовных школ за их инертность. Отчасти эта критика обоснована. Однако более справедливо говорить не об инертности, а о тех объективных опасениях, которые сопровождают выработку моделей признания духовного образования.

Совершенно очевидно, что включение духовных школ в систему Министерства образования, даже если это и приблизит перспективу их аккредитации, не может рассматриваться как самоцель. История и международный опыт однозначно показывают необходимость сохранения церковного суверенитета духовного образования. Было бы неправильно допускать, чтобы государство определяло характер профессиональной подготовки священнослужителей.

На мой взгляд, приоритетом в развитии отношений с государством должно быть не признание духовного образования как такового (формально оно уже признано как факт в "Законе о свободе совести и религиозных организациях"), а признание результатов этого образования. Украинское законодательство определяет механизм государственной регистрации высших духовных учебных заведений, предоставляет студентам духовных школ часть тех льгот, которыми пользуются студенты светских вузов, т.е., признает их людьми, получающими высшее образование.

Возникает справедливый вопрос: на каком основании государство дискриминирует выпускников духовных учебных заведений, отказывая им в статусе людей с высшим образованием? В направлении решения этой правовой коллизии мы проводим консультации с государственными структурами. Юридический отдел Учебного комитета активно работает над его нормативным сопровождением. Сегодня ощущается стремление руководства страны пойти навстречу религиозным организациям для того, чтобы статус не только студента, но и выпускника высшего духовного учебного заведения был подкреплен государственными гарантиями и позволял участвовать в реализации государственной гуманитарной политики.

– Вы представляете Украинскую Православную Церковь в Общественном совете при Минобразования Украины. Что нужно УПЦ от участия в этом совете? В чем польза Церкви от участия в таких структурах?

– Общественный совет является такой дискуссионной площадкой, благодаря которой голос Церкви может быть не только услышан, но и понят чиновниками Минобразования. Ушел не один год работы этого совета на то, чтобы присутствующие на нем представители государства и религиозных организаций смогли понять логику принципиальных позиций друг друга. Закончился период деклараций о намерениях. Начался этап конструктивных предложений. Благодаря Общественному совету религиозные организации в какой-то мере становятся субъектами законотворчества.

Сегодня Министерство образования понимает неотвратимость признания дипломов духовных учебных заведений. Вместе с тем и представители традиционных конфессий приобрели опыт сотрудничества с государственными образовательными структурами.

Несмотря на то, что работа совета имеет консультативный характер, многие из его наработок были реализованы. Особенно это касается сферы внедрения предметов духовно-морального характера в процесс среднего образования.

– Какие интересы в сфере образования отстаивают в совете другие конфессии?

– Следует сказать, что конфессиональное образование в нашей стране имеет очень пестрый характер. Система образования УПЦ имеет самую самобытную и долгую историю, и поэтому наши усилия направлены на сохранение и преумножение накопленных традиций. Другие конфессии, в частности евангелисты, греко – и римокатолики, большинство своих преподавательских кадров импортируют из-за границы. Для них приоритетом является нострификация в Украине зарубежных дипломов теологических факультетов.

Особая ситуация с исламскими и иудейскими духовными учебными заведениями. Их представители не занимают в Общественном совете активной позиции, как по своей малочисленности, так и по причине укорененности в традициях собственных конфессиональных образований.

– Что Вы можете сказать о документе, представленном на рассмотрение Общественного совета о признании дипломов духовных школ? Как сообщает официальный сайт, документ утвердили и передадут в Кабмин. Каковы шансы, что благодаря именно ему дипломы будут наконец-то признаны?

– Если Вы имеете в виду проект процедуры нострификации церковных дипломов, ученых степеней и званий, который рассматривался на последнем заседании Общественного совета при Минобразовании, то еще очень рано говорить о его перспективах. Была создана рабочая группа, которая продолжит изучать данную инициативу. Наибольшую поддержку он получил у греко-католиков и адвентистов седьмого дня. Духовные учебные заведения УПЦ данную инициативу не выдвигали в силу того, что она чревата разрушением традиционных академий и семинарий путем превращения их в богословские факультеты и выведения их из церковного подчинения в полную зависимость от Министерства образования.

– В Церкви действует уже 22 духовных учебных заведения. Кто-то следит за их деятельностью? Ведется ли контроль за качеством образования? Кто и как инспектирует новообразованные училища, семинары и даже университеты?

– Учебный комитет при Священном Синоде УПЦ является тем синодальным учреждением, которое выполняет все перечисленные вами функции. Он осуществляет методическую поддержку учебного процесса в различных учебных заведениях, проводит статистический учет, на основании которого осуществляется аналитический анализ процессов, связанных с духовным образованием, координирует образовательную реформу. По запросу Священного Синода нашей Церкви Учебный комитет готовит рапорты о целесообразности открытия или реформирования духовных школ, о соответствии их статусу, о кадровых перестановках в их руководстве.

– Не выглядит ли странным, что в Церкви, где достаточно ощутимым является кадровый голод в отношении квалифицированных специалистов, с такой легкостью открываются новые вузы? Кто там преподает? Какого уровня специалистов-богословов они выпускают?

– На мой взгляд, процедура открытия новых церковных вузов не так уж и проста. По этой причине в структуре УПЦ уже долгий период неизменным остается количество семинарий, равномерно представленных во всех регионах Украины.

В последнее время на основе светских вузов открываются теологические факультеты и институты, некоторые из которых включены в структуру Учебного комитета. Их задача должна быть сосредоточена на подготовке специалистов для такого церковного служения, которое напрямую не связано с принятием священного сана: это катехизаторы, миссионеры, православные педагоги, регенты, иконописцы, социальные работники и многие другие.

Не во всех учебных заведениях уровень образования одинаково высок. Я пять лет работал в приемной комиссии в Киевскую духовную академию, куда поступают представители не только украинских духовных школ, но и зарубежных семинарий. Во время этих экзаменов для семинарий, которые направляют в академию своих абитуриентов, наступает момент истины. С удовлетворением могу отметить, что последние годы уровень абитуриентов стабильно возрастает. Это свидетельствует о положительных результатах реформирования учебного процесса, которое координировал архиепископ Бориспольский Антоний на посту председателя Учебного комитета. В определенном смысле мне сейчас гораздо проще продолжать идти по уже проторенному владыкой Антонием пути.

– Вы – выпускник светского вуза, имеете опыт преподавания в лучшем университете страны – Национальном университете им. Шевченко. В чем, на Ваш взгляд, состоит кардинальное отличие светской системы образования от духовной? Есть ли стороны, которые Вы хотели бы в системе духовного образования исправить? Есть ли явные позитивные моменты, присущие только духовным школам и никаким другим больше?

– Как я говорил ранее, в силу многих причин светское и церковное образование очень отличаются и по форме, и по содержанию. Именно поэтому духовные вузы избежали очень многого из того, за что критикуется современное светское образование.

В первую очередь, – обезличивания и формализации процесса получения знаний и компетенций. Подготовка молодого человека к рукоположению в священный сан отнюдь не замыкается на интеллектуальной составляющей. Никаким учебным планом, никаким образовательным стандартом не удастся регламентировать процесс нравственного воспитания пастыря, привить ему любовь к молитве, к духовному подвигу, укрепить его в вере и благочестии. А ведь это – важнейшие характеристики, которыми должен быть наделен священник. Без них он будет, что называется, профнепригодным. Всего этого можно достигнуть только в процессе индивидуального и неформального общения с духовным наставником, которое в равной мере происходит как в храме, так и во время аудиторных занятий.

Хорошо зная структуру светского образования изнутри, я никогда ее не идеализировал. Вместе с тем, представителям духовных школ стоит перенимать у своих светских коллег опыт дидактического сопровождения занятий, использования новых медиа-технологий для подачи материала.

Одной из основных задач для Учебного комитета я вижу преодоление богословской инертности в среде преподавателей духовных учебных заведений. Без этого не удастся уйти от кризисной ситуации с созданием новых учебных пособий.

О целях можно было бы говорить еще очень долго. Я не раз размышлял над нынешним состоянием системы духовного образования, над тем, что за последние десятилетия принято приписывать к ее плюсам и минусам. Самое главное в отечественном духовном образовании – это его церковный характер. Этот принцип должен всегда оставаться надежным фундаментом, на котором в ногу со временем необходимо развивать новые образовательные формы и методы.