Из тюрьмы в монастырь

Архимандрита Гервасиоса (Раптопулоса) из Салоник выдвинули на Нобелевскую премию мира. За последние 35 лет он помог выйти из тюрьмы более 15 тысяч человек. После нескольких бесед с ним один известный преступник-рецидивист решил уйти на Афон. Выбирают ли в России бывшие заключенные монашеский путь?

За то, что отец Гервасиос посвятил свою жизнь помощи заключенным, уголовники называли его святым. "Святой заключенных" платил штрафы за неимущих людей, совершивших мелкие преступления, что позволяло им избежать тюремного заключения. Деньги на помощь заключенным отцу Гервасиосу жертвовали многочисленные греческие и зарубежные благотворители.

Помимо "выкупа" людей, священник помогал и тем, кто остается за решеткой. Благодаря ему заключенные получали одежду, обувь, средства гигиены и даже стоматологическую помощь. Всего за 35 лет своей деятельности он потратил на помощь заключенным более 4 миллионов евро.

Для некоторых людей встреча с отцом Гервасиосом означала полное изменение жизни и глубокое покаяние. Как сообщают СМИ, недавно отец Гервасиос посещал преступника из Греции, отбывавшего наказание в Румынии. После нескольких бесед рецидивист попросился на Афон, чтобы стать монахом. Сейчас преступник еще находится в тюрьме, но ежедневно исполняет иноческое правило и отмечает церковные праздники.

Среди заключенных много бывших христиан

Приход людей к вере во время заключения – массовое явление – отмечает протоиерей Константин Кобелев, старший священник Покровского храма в Бутырской тюрьме. Последние несколько лет причастников в храме в процентном соотношении намного больше, чем на среднем московском приходе – причащаются около 68% людей, пришедших на службу.

"В то же время, – добавляет отец Константин, – среди заключенных много людей, которые, наоборот, раньше были верующими, но их затянуло мирское, и они отошли, перестали исповедоваться и причащаться". По словам о. Константина, свою веру люди часто сохраняют и после освобождения, но из-за отсутствия системы реабилитации, они часто не могут найти себе место в жизни, и снова попадают за решетку.

Частично помочь в решении проблемы реабилитации могут монастыри. "Для этого должен быть подготовленный игумен, и положительно настроенная братия, тогда реабилитация вполне возможна, – отмечает заместитель председателя Синодального отдела по монастырям и монашеству игумен Стефан (Тараканов) . – Главное, чтобы это не было для монастыря указанием, "спущенным сверху", потому что тогда работа будет формальной и не даст результатов".

Еще одной опасностью игумен Стефан считает чрезмерное количество бывших заключенных в монастыре. "Если это 1-2 человека, то реабилитация вполне возможна, – говорит о.Стефан. – Но если половина братии из этой категории, то скорее будет меняться облик самого монастыря, а не бывшие заключенные". Однако точное количество бывших заключенных среди монастырской братии представитель Синодального отдела назвать не смог, потому что подобного учета не ведется. Пожалуй, самым известным монастырем, который работает с освободившимися из мест лишения свободы, по его словам является Антониево-Сийский монастырь в Архангельской области.

Мы поставляли благоразумных разбойников

"У нас было человек 60 трудников, из них большая часть была отсидевшие, – вспоминает архимандрит Трифон (Плотников), в течение восьми лет являвшийся настоятелем Антониево-Сийского монастыря, а сегодня возглавляющий Отдел социального служения Екатеринодарской епархии.

По словам бывшего настоятеля, в первые годы существования обители, пока ядро братии еще не сформировалось, на бывших заключенных подчас можно было положиться тверже, чем на послушников, готовящихся к монашескому пути.

"Они много раз они выручали монастырь, вынесли на себе очень многое и много потрудились для восстановления монастыря и возрождения монашеской жизни, – добавляет архимандрит Трифон (Плотников). – Хотя с ними было сложно, очень сложно. Иногда было ощущение, что сидишь на пороховой бочке. Тем не менее, атмосфера была достаточно хорошая. Как я говорю, мы поставляли на тот свет благоразумных разбойников. Не одного уже похоронили из тех, что были чуть ли не профессиональными разбойниками". Монастырь может переделать человека – считает архим. Трифон, но есть одно большое "но" – потребуются желание и внутренняя работа самого человека. "Монастырская укладность, богослужение, покаяние, молитва – все это только помогает, – считает отец архимандрит. – Человек сам должен очень сильно пыхтеть, чтобы это осуществилось, а монастырь ему только помогает. Автоматом лучше никто не становится".

Но далеко не каждый монастырь сможет работать с бывшими заключенными – предупреждает о. Трифон, потому что такая работа потребует "пота и крови". В Сийском монастыре работа с заключенными началась не по собственному желанию, а в силу обстоятельств – – в области много колоний, и освободившиеся люди иногда стучались в монастырские ворота. По словам отца Трифона, этим людям было некуда идти, и их было настолько жалко, что у монастыря не было иного выхода, кроме как принять их.

"Он только что освободился из тюрьмы, он боится мира – все в миру изменилось, пока он сидел. Он озлоблен, он как загнанный в угол зверек, – вспоминает отец архимандрит. – И куда ему деваться? Ему нужно куда-нибудь деться хоть на неделю. Поживет, оклемается. Смотришь – уже как-то повеселел, и по-другому смотрит на людей".

"Очень приятно, что в нашем мире есть такие люди как отец Гарвасиос, – заключил отец Трифон. – Это подвиг – помогать заключенными, и дай Бог, чтобы таких людей, как отец Гарвасиос, было побольше".

Напомним, что 14 октября, в праздник Покрова Пресвятой Богородицы, по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла в Москве пройдет благотворительная акция "День милосердия и сострадания ко всем во узах и темницах находящимся". В этот день в каждом храме столицы по окончании Божественной литургии будет совершено молебное пение о "православных христианах, в заключении пребывающих". В домовых храмах следственных изоляторов столицы православные священнослужители совершат праздничные молебны и поздравят заключенных с праздником.