Нужны люди, которые бескомпромиссно идут за Христом...

Почему без возрождения монашестваЕпископ Пантелеимон (Шатов) невозможно возрождение Церкви в России и как тем, кто чувствует в себе желание иноческой жизни, не дать миру заглушить в себе Божий призыв, рассказывает епископ Смоленский и Вяземский ПАНТЕЛЕИМОН:

Сейчас много говорят о социальной работе, о работе с молодежью, говорят о катехизации, но церковная жизнь не сможет возродиться во всем своем прежнем объеме, если в Церкви не будет монастырей.

А в монастыри приходит все меньше и меньше людей. Все меньше и меньше людей призываются Богом к тому, чтобы совершать подвиг монашеской жизни: подвиг совершенной христианской жизни. Раньше говорили, что для монахов образцом являются ангелы, а для мирян – монахи. В наше время мало таких образцов. Непонятно, или Бог больше никого не призывает к монашеству ( может быть, не время сейчас быть монашеству на земле?), или люди остаются глухи к призывам Божиим.

Мы с вами сейчас стоим на крепостной стене города Смоленска и за мной виден храм Авраамиевого монастыря. Этот древний монастырь называется по имени прп. Авраамия Смоленского, удивительного святого. Достаточно сказать, что на протяжении десятков лет он каждый день совершал Божественную литургию. Он был очень ученым монахом и многих людей привлекал к церковной жизни, проповедуя христианство. Так что эта деятельность даже вызывала неудовольствие у его собратьев монахов и белых священников. Он был осужден неправедно и изгнан из монастыря. И тогда долго очень не было в Смоленске дождя, пока его не вернули обратно и пока он не помолился, чтобы прекратилось это наказание Божие. Вот такой удивительный святой, который многих очень людей привел к вере.

Монастыри были всегда местом, куда люди приходили, чтобы узнать о Боге, местом, где совершался подвиг молитвы. Монастыри были училищами молитвенного делания. В монастыри отдавали своих детей для научения профессиям. Монастыри играли важную роль в охране наших рубежей.

Сейчас, конечно, эти функции наверно уже не нужны нашему государству, не нужны людям. Но нужны молитвенники за весь мир. Нужны люди, которые бескомпромиссно идут за Христом. Таких людей все меньше и меньше во всем мире.

Афонская гора, на которой раньше жили десятки тысяч монахов, сейчас оскудела людьми. И хотя они приезжают туда со всего мира, там наберется только две тысячи человек монашествующих.

После того, как Церковь стала свободной, много людей пришло в монастыри. Много ушло потом. Были случаи когда монахи женились, монахини выходили замуж. Сейчас мало кто приходит в монастыри. Наверно, для этого нужен подвиг хотя бы одного какого-то человека. Старец Ефрем, ученик старца Иосифа Исихаста, основал в Америке около двадцати монастырей. Там есть монахи, есть монахини. Удивительно, в Америке открылось двадцать монастырей! У нас нет таких подвижников в России. Нет, может быть, таких людей, которые выбрали для себя бескомпромиссный подвиг монашеской жизни. К сожалению, современные иночествующие занимаются возрождением стен обителей и бывают далеки от духа этой жизни.

Я сам не монах. Хоть и был пострижен в монашество, но живу не монашеской жизнью. Но очень хотелось бы, чтобы у нас здесь, в Авраамиевом монастыре, возродилась монашеская жизнь. Без монастыря городу, мне кажется, трудно правильно сориентироваться. Нет ориентира, нет правил жизни, которые монастырь задает. Нет глубины духовной, нет чистоты, нет подвига самоотвержения. В те времена, когда нет гонений, именно монашествующие сохраняли ревность, сохраняли любовь к Богу.

Наш Авраамиев монастырь находится рядом с крепостной стеной. Хотя это центр города, но место тихое, спокойное, здесь нет проезжих дорог. За стеной начинается не городская жизнь. Здесь где-то находятся мощи преподобного Авраамия, древнего Смоленского святого. И здесь, мне кажется, можно было бы спасаться тем, кто хочет бескомпромиссно бороться с грехом внутри своей души. Подвизаться тем, кто хочет научиться непрестанной молитве. Подвизаться тем, кто решил все оставить, чтобы быть со Христом.

Мне хотелось бы сказать нашим молодым людям, людям среднего возраста, тем, кто чувствует призыв к монашеству, чтобы они не гасили эту искру в своей душе. А прислушались бы к голосу своей совести, прислушались бы к голосу Божиему и тогда может быть нашлись бы люди, которые решились бы на этот удивительный подвиг.

Подвиг, подобный ангельской жизни, подвиг чистоты, борьбы с грехом. Я бы с удовольствием в нашей Смоленской епархии таких людей принял и помог бы им устроить монашескую жизнь. Не как старец Ефрем, не как монах, а как архиерей, которому поручена забота о Смоленской епархии.