Аркадий Мамонтов: "У кощунниц и их соратников жуткие отношения"

В интервью "Известиям" журналист рассказал, почему у расследования "Провокаторы" появилось продолжение.

– После выхода фильма "Провокаторы. Часть вторая" вы говорили, что продолжите выпускать программы, если бесовские акции повторятся...

– Акции повторились, хотя и не у нас в стране. Три кощунницы в Лондоне ворвались в собор и приковали себя цепями в поддержку российской панк-группы. В Швейцарии был подобный случай. Русская православная церковь не замыкается на территории России, она есть в Америке, Европе. Какая разница, какой храм осквернили?! Для меня и для других православных людей православный храм – как дом родной, как у мусульманина мечеть, у иудея – синагога. В "Провокаторах-3" мы решили исследовать людей, которые организовали, придумали эту акцию. Один из них – это Петр Верзилов, который также является мужем Надежды Толоконниковой.

– Адвокатов тоже исследовали?

– А как без них? Было интересно наблюдать, как кощунницы сели, а затем одну отпустили, после того как она сменила адвоката. Адвокаты, которые вели процесс с самого начала, на мой взгляд, были людьми непрофессионально заточенными. Они больше уделяли внимания политической составляющей процесса, пытались ее вытащить на поверхность, раскрутить, но не занимались своим профессиональным делом. У них не было искреннего сочувствия к трем сиделицам. Больше было сочувствия у людей, которые выступали против них, чем у этих адвокатов. Присутствовала неискренность по облегчению участи женщин. Я посмотрел видео из зала суда. Адвокаты вели себя провоцирующе с судьей и залом.

– Вы считаете , что участницы группы достойны искреннего сочувствия?

– Моего сочувствия они недостойны. Но те люди, которые их считают соратниками, друзьями, которые считают, что эти женщины поступили правильно, не выказывают им сочувствия. Со стороны адвокатов к ним тоже этого не было. Было ощущение, что организаторы дорвались до сенсации. А потом вместе с Петей Верзиловым они поехали в Америку, устраивали такие представления, которые не снились тем трем женщинам. Поливали власти России грязью, из четырехлетней дочери Толоконниковой пытались сделать олицетворение либеральной свободы России. Чего стоит вождение ребенка по коридорам конгресса! Это элемент американской пропаганды! Это же выжимание соплей из американской аудитории.

– То есть вы выступаете за объективность адвокатов, чтобы потом не было повода использовать группу для пропаганды каких-либо оппозиционных идей?

– Понимаете, в чем тут дело. Кощунницы – это же жертвы, им забили голову и использовали их. Самуцевич вышла и заявила, что они революционерки, что деятельность группы будет продолжена. А что ей остается делать? Когда мы брали у Самуцевич интервью в СИЗО, мы ее спрашивали, состоит ли она в этой группе? Она сказала, что нет! Знала ли она о группе? Нет, слышала что-то, но не состою. То есть тогда она нас обманула, а сейчас говорит CNN, что будет выступать с акциями и дальше. Соратники кощунниц – это необольшевики, им только не хватает кожаных тужурок, кепок с красными звездами и маузеров на боку. Не надо было приходить в наше сакральное пространство, в нашу церковь , тогда ничего не было бы. Не надо будить русского медведя, плевать нам в душу. А они это сделали. Поэтому они – провокаторы.

– Удалось ли взять интервью у Самуцевич после ее выхода?

– Мы пытались, но западные коллеги забрали весь эксклюзив. Я решил, что не буду участвовать в этой пляске у скелета. Мы "Провокаторах-3" расскажем про Верзилова, про других организаторов и их взаимоотношения. И будет еще одна интересная штука: кусок расследования того, как арт-искусство используется в кибервойне. Ранее мы написали письмо группе "Война" с просьбой прокомментировать слова Верзилова, что он является ее основателем. Группа "Война" ответила, что он провокатор, сдал кощунниц и усадил их в тюрьму, чтобы попиариться.

– "Провокаторы" сразу задумывались как трилогия?

_ Нет, но в письме кощунниц из тюрьмы они отрекались от Верзилова. И мы решили показать взаимоотношения внутри этого сообщества революционеров.

– И какие они – взаимоотношения?

– Они жуткие! Там любви нет. Одна ненависть друг к другу, неприятие. Полное неприятие, оскорбления, неуважение. Вот они какие, соратники.

– Приговор уже прозвучал – нужно ли привлекать внимание к участницам и продолжать разжигать конфликт?

– А я не разжигаю конфликт. Я просто показываю людям, как это всё происходит. Общество имеет право видеть разные точки зрения. Оказывается, что организаторы бесовских плясок – это не пламенные борцы, а люди, которые борются за публичность, за славу, за премии, за деньги, как пауки в банке.

– Почему вы написали в своем блоге, что надеетесь этой программой завершить серию материалов о кощунницах? Устали?

– Мне бы хотелось, чтобы люди поняли, что делать таких вещей нельзя. Мы сняли двух парней, которые изуродовали храм в Калининграде. Они дали нам интервью, в котором покаялись.

– Прошлый фильм вызвал волну критики, вас даже обвиняли в заказухе. Вы готовы услышать нечто подобное в этот раз?

– Я всегда готов к критике. Только я прошу: критикуйте в рамках приличия, аргументируйте, спорьте без оскорблений и угроз.

– Вы ожидаете высоких рейтингов?

– Я никогда не обращаю внимания на рейтинги. Мне всё равно. Будут рейтинги – хорошо, не будет – еще лучше. Хоть один человек посмотрит – и слава Богу. Рейтинг важен для главного редактора... Я не ставлю рейтинги во главу угла.

– Продолжите ли доказывать в фильме "Провокаторы-3, что заказчик акции – Березовский?

– Нет, я уже всё сказал.