Храм в память о Чернобыльской катастрофе

История Белоруссии как независимого государства начинается с 1991 года, когда был провозглашен ее суверенитет после распада СССР. Старый мир был разрушен, а новый только-только начинал созидаться. Так совпало, и вряд ли это было случайностью, что именно в 1991 году было начато строительство храмового комплекса в память жертв Чернобыльской катастрофы.

Еще лежали в руинах многие храмы, еще только предстояло восстанавливать утраченное за годы атеизма и безверия, но в 1991 году в Белоруссии уже задумали возвести совершенно новый уникальный центр Православия и собор, который по замыслу должен был стать вторым кафедральным храмом Минска.

Это был очень важный и символичный шаг, показывающий, что Православие не только восстанавливает утраченное, но и идет вперед, оставаясь современным и близким ментальности белорусов вероисповеданием.

Минск к концу прошлого столетия очень вырос – всего за полвека его население увеличилось практически в пять раз. Двухмиллионная белорусская столица испытывала острый дефицит православных культовых сооружений. Однако очень важно было построить такой комплекс, который служил бы белорусам утешением в той огромной беде, которая накрыла республику после аварии на Чернобыльской АЭС. Ведь на юго-востоке Белоруссии было отселено множество деревень, люди покидали веками освоенные территории, могилы своих предков. А сколько их уходило из жизни, тяжело болело! Ликвидаторы – те, кто в самые трудные дни боролся с радиационной угрозой, – не щадя жизни и здоровья противостояли неожиданно пришедшему на белорусскую землю злу. Для многих Церковь в это непростое время стала утешением и надеждой. Ликвидаторы переезжали в Минск, на минских кладбищах появлялись их могилы, люди шли в церкви и ставили там поминальные свечи.

И нет ничего удивительного в том, что начало строительства храмового комплекса в память о жертвах Чернобыльской катастрофы в Минске, на улице Притыцкого, стало важным событием для всей Белоруссии.

Архитектурно храмовый комплекс во многом повторяет древнейший в Белоруссии Спасо-Евфросиниевский монастырь, считающийся со времен древнерусского Полоцкого княжества историческим и духовным центром Православия на белорусских землях. И это должно было свидетельствовать об исторической и духовной преемственности, о неразрывной связи веков. Минск, столица современной Белоруссии, словно бы принимал духовную эстафету у стольного древнего Полоцка, как в свое время сам Полоцк перенес на эти земли духовные и архитектурные традиции Византии и Киева, когда был возведен полоцкий Софийский собор.

И уже построенная церковь во имя преподобной Евфросинии Полоцкой, и пока еще не завершенный (осталось выполнить внешнюю и внутреннюю отделку) собор в честь иконы Божией Матери "Всех скорбящих Радость" выполнены в византийском стиле (современные искусствоведы именуют его псевдовизантийским, чтобы отличать от византийского исторического), увенчаны полусферическими куполами, хорошо знакомыми нам по константинопольскому Софийскому собору и древним церквям Герции, Сербии и Болгарии. Правда, заметны и отличия: в обоих минских храмах окна и проемы – удлиненной формы, словно вытянутые вверх бойницы. Такое архитектурное решение делает храмы в большей степени устремленными ввысь, вертикально ориентированными. Видимо, само время вносит коррективы в храмовую архитектуру. И это особенно важно в больших городах, где огромные здания обступают церкви и соборы со всех сторон, и храмы зрительно теряются в городских джунглях. Удлиннение окон и проемов, особенно на барабанах под куполами, позволяет зрительно увеличить высоту храмов.

Построенная церковь Евфросинии Полоцкой своими пропорциями напоминает древнюю полоцкую Евфросиниевскую церковь, особенно если сравнивать не с тем, как она выглядит сейчас, а с тем, какой она была во времена Полоцкого княжества. А стоящий рядом собор иконы Божией Матери "Всех скорбящих Радость" повторяет своими очертаниями полоцкий Кресто-Воздвиженский собор. Вот только окна полоцких храмов имеют заметно меньшую высоту, чем их современные реплики в Минске.

И старые храмы в Полоцке, и новые в Минске располагаются поблизости, создавая в обоих случаях единый ансамбль. Сходство храмового комплекса с монастырем усиливает и брама-звонница, ведущая на его территорию.

Безусловно, новый храмовый комплекс не является точным повторением или копией древнего монастыря. Да такая задача и не стояла перед современными архитекторами, однако им важно было подчеркнуть уже во внешних формах эту неразрывность традиции, духовную связь поколений, чтимую всем белорусским народом.

Чин освящения закладного камня будущего собора в честь иконы "Всех скорбящих Радость" – центра храмового комплекса – был совершен 26 апреля 1991 года. На этот торжественный акт к месту постройки храма была доставлена икона Божией Матери "Всех скорбящих Радость". Икона вместе с другими богослужебными предметами и старинными церковными книгами могла быть вывезена из Белоруссии, но бдительные таможенники не дали этому случиться. Главным спасителем реликвии стал белорусский КГБ, который проследил за похитителями иконы и вовремя пресек попытку ее вывоза. Ведомство, которое ранее занималось гонениями на православных, выступило защитником Церкви, ознаменовав этим наступление новых времен.

В основание собора заложили капсулу в память о жертвах трагедии на Чернобыльской АЭС. И в будущем храме ежедневно станут поминать всех, кто пострадал от аварии в Чернобыле.

После освящения закладного камня выступил ныне уже покойный известный белорусский писатель Иван Шамякин, который передал на строительство храма 25 тысяч рублей от белорусского отделения Фонда мира. К слову, средства на строительство поступали и от других организаций, и от предприятий (очень помог завод крупнопанельного домостроения № 2), и от приходов (так, значительная сумма была передана от минского кафедрального собора), и от простых людей: жертвовали, кто сколько мог. Многие пожертвования остались безымянными.

Строительство еще только начиналось, богослужения велись под открытым небом (чуть позже военные пожертвуют палатку, в которой и будут вестись службы), а при новообразованном приходе осенью 1991 года уже открывался воскресный церковный класс в средней школе № 125. За короткое время в нем набралось более 200 слушателей. Была начата и реализация других социальных и общественных проектов. Это особенность Скорбященского прихода – тесная связь с обществом, с людьми, широкое поле деятельности.

Службы в храме в честь иконы Божией Матери "Всех скорбящих Радость" – самом большом православном храме белорусской столицы и одном из самых грандиозных во всей Белоруссии – пока не идут: строительство еще не завершено. Но уже возносятся молитвы в другой церкви храмового комплекса – в крестильной церкви во имя Евфросинии Полоцкой. Ее строительство было завершено в 1995 году. Это был первый православный храм, построенный в Минске с 1914 года, – прошло восемь десятилетий беспамятства. Традиции храмового зодчества были утрачены, и многие методы и технологии пришлось возрождать почти с нуля. Были сложности с изготовлением смальты, мозаики, красок из природных материалов, которые традиционно используются в храмовом строительстве и при отделке внутренних пространств церкви. Но все трудности удалось преодолеть, и новая церковь – первая ласточка православного строительства нашего времени – стала настоящим украшением Минска. Первую литургию в новой церкви 23 июня 1995 году совершил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, который тогда посетил Белоруссию.

Опыт, полученный при возведении церкви Евфросинии Полоцкой очень пригодился и при строительстве собора иконы Божией Матери "Всех скорбящих Радость".

В храмовый комплекс входят и другие сооружения: часовня во имя святого Гавриила Белостоцкого, уже упоминавшаяся брама-звонница, а также целый ряда зданий и помещений, в которых разместились иконописные мастерские, богадельня, музей жертв Чернобыльской аварии, церковная гостиница, мемориальный комплекс-погост, библиотека, трапезная для малоимущих, учебный корпус и мастерские для людей, имеющих особенности психофизического развития и ту или иную степень инвалидности. То есть это самый настоящий духовный православный центр, поэтому неслучайно и сам Скорбященский приход имеет статус Центра духовного просвещения и социального служения Белорусского Экзархата.

О некоторых направлениях деятельности этого центра стоит сказать немного подробнее.

Успешно работают иконописцы, которые передают свой опыт молодым ученикам. Сегодня во всех епархиях Белорусского Экзархата РПЦ есть свои мастера-иконописцы. Традиция древнерусской иконы в Белоруссии получила свою вторую жизнь и бережно сохраняется с упором на следование классическим канонам иконописного мастерства. Восстановление иконописных традиций – вполне естественный процесс. С возрождением Православия растет и число возрожденных и заново построенных храмов, что подталкивает и развитие иконописи, а также звонарного искусства, церковного пения, богословия, являющихся неотъемлемой частью церковной жизни.

В храмовом комплексе работает школа звонарей Минского епархиального училища. Колокольный звон – один из символов и Православия, и всего русского дореволюционного образа жизни. Во многих литературных произведениях и мемуарах мы найдем свидетельства того, какое значение в русской жизни до 1917 года играли храмовые колокола и их мелодичные и торжественные звуки. Звонарные традиции, заботливо хранимые в немногих остававшихся в советское время действующими храмах и обителях, сейчас повсеместно возрождаются. Школа звонарей храмового комплекса подготовила почти сотню мастеров, которые радуют своим искусством людей во всех епархиях Белорусского Экзархата. Ее ученики стали лауреатами престижных международных конкурсов в Москве, Кишиневе, Минске, Полоцке, Свияжске, Ярославле и многих других городах. Само обучение проводится на девяти колоколах производства предприятия "Отменное литье" в самой школе, а затем уже и на настоящих звонницах. Проводятся и фестивали колокольного звона.

В храмовом комплексе ведется и чрезвычайно важная работа с людьми, имеющими особенности психофизического развития. Когда-то я, работая в 1990-е годы в составе психолого-медико-педагогической комиссии, участвовал в определении будущей судьбы детей, у которых выявлялись подобные нарушения. Комиссия устанавливала вид нарушения и определяла дальнейшую программу обучения детей как с различными нарушениями интеллекта, так и тех, у кого были проблемы с опорно-двигательным аппаратом, зрением или слухом. После определения диагноза такие дети отрывались от семьи и направлялись в специализированные школы-интернаты, где им давали то образование, которое они были в состоянии освоить, учили их жизни в обществе. Домой такие дети могли попасть только во время каникул или уже после окончания школы-интерната. Все это вечно сопровождалось страданиями, слезами и горечью расставания и лично на меня производило каждый раз чрезвычайно тягостное впечатление: я всегда представлял, каково было бы мне и моему сыну, если бы нас так насильно разлучили. Помню, как-то в одну из командировок на село, увидев, что приходской священник привел своего ребенка на комиссию (уже и не помню, мальчика или девочку), я, сразу определив, что ребенок проблемный и наверняка его заберут из семьи, в нарушение всех инструкций отвел священника в сторону и посоветовал ему скорее уйти. За это меня могли запросто уволить с работы, но повторись та ситуация – я бы поступил так же. Не знаю, как сложилась судьба того священника и его дитя – возможно, ребенка забрали в интернат через год, когда приехала очередная комиссия, а может, они так и жили вместе. Но то, что ситуация с такими детьми ненормальная, мне было вполне очевидно.

На эту проблему обратили внимание в Скорбященском приходе. В 2002 году при финансовой поддержке Федерального правительства Германии и в сотрудничестве с немецким городом Билефельдом удалось начать работу курса профессиональной реабилитации молодых людей с умственными и физическими ограничениями. Хочу заметить, что такие люди, несмотря на их "странность" и "особенность", часто бывают добры и прилежны, отзывчивы к чужому горю. Задача курсов состоит в том, чтобы, не разрывая связей этих людей со своими близкими, дать им посильное образование и те трудовые и социальные навыки, которые могут пригодиться им в жизни. Конечно, и среди них встречаются и более прилежные ученики, и те, кто чаще проявляет лень. Но для того и существует коллектив профессионалов, чтобы развить у своих учеников усидчивость, научить их достигать задуманного, сформировать желание выполнять свою работу хорошо, следить за чистотой рабочего места и собственной безопасностью при работе. В мастерских обучают навыкам работы швей, столяров, операторов компьютерной техники – всему тому, что может пригодиться в жизни и позволит собственным трудом зарабатывать на хлеб.

Но куда важнее и другое – здесь эти люди вовлекаются в православную жизнь. Находят участие и сопереживание. По собственному опыту знаю, как это важно. Потому что такие люди, если только не слишком сильно нарушен их интеллект (а это бывает редко), прекрасно понимают свое положение и страдают от этого. Участие же в жизни Церкви в буквальном смысле врачует их страдающие души.

Опыт подобной работы стоило бы распространить и на другие приходы. Сейчас в Белоруссии отказываются от интернатов: сироты направляются в небольшие детские дома семейного типа, приемные семьи, а вот дети с особенностями в развитии чаще всего остаются в своих же школах и классах на так называемом "интегрированном" обучении. Да, теперь решается проблема разлуки с близкими, но дети с особенностями в развитии не получают тех навыков, которые они ранее получали в интернатах. И как раз Скорбященский приход показывает, как может успешно на деле решаться эта проблема.

В храмовом комплексе действует и диаконическая служба сестричества милосердия преподобной Евфросинии, игумении Полоцкой. Сестры ухаживают за тяжелыми больными, лежачими или же малоподвижными, в основном за теми, о ком некому заботиться, у кого по разным причинам или нет родственников, или потеряны с ними всяческие связи, и люди оказались оставленными на произвол судьбы.

Сегодня продолжает активно развиваться и воскресная школа, которая является самой большой в городе. В ней обучается около семи сотен человек, из которых примерно 250 – взрослые. В школе изучают закон Божий, церковное пение, Священное Писание, литургику, историю Православной Церкви, нравственное богословие, рисование, церковнославянский язык. При школе действует и класс хорового пения, а в летний период работает оздоровительный лагерь.

Церковному пению вообще уделяется большое внимание. При воскресной школе есть детский хор. Дети не только осваивают искусство церковного пения, они имеют возможность и паломничать по святым местам. Так, воспитанники побывали в Москве в храме Христа Спасителя, в Успенской Псково-Печерской обители, Успенском Жировичском монастыре, Троице-Сергиевой лавре, на святой горе Афон и святых Метеорах, в монастырях и древних храмах Греции, Румынии, Болгарии, Италии, на святой горе Грабарка и в Благовещенском Супрасльском монастыре; приезжали в Никольский храм Белостока в Польше, где у мощей младенца-мученика Гавриила дети пели литургию и молебен с акафистом.

Активно действует и молодежное Братство имени священномученика Владимира (Хираско).

Обо всем рассказать просто невозможно. Желающие могут более подробно познакомиться с деятельностью и историей храмового комплекса на его сайте.

Храмовый комплекс в память жертв Чернобыльской катастрофы, сохраняя историческую и духовную преемственность, являет собой пример того, как Православие может активно действовать в современных условиях, помогая гражданскому обществу и взаимодействуя с ним, становясь его духовной опорой и неотъемлемой частью. А после окончания строительства собора в честь иконы Божией Матери "Всех скорбящих Радость" храмовый комплекс обретет наконец свою целостность и законченность, хотя уже и сейчас он стал одной из архитектурных жемчужин двухмиллионного Минска – молодой и динамично развивающейся столицы Белоруссии.