Протоиерей Всеволод Чаплин: Должны быть четкие критерии, когда вмешательство в семью возможно и необходимо

В ходе обсуждения в СМИ принятого месяц назад в первом чтении законопроекта о социальном патронате, требующем по мнению многих экспертов, кардинальной переработки, стало очевидным, что общественное мнение столкнулось с организованными группами лоббистов. И если позиция противников законопроекта представлена аргументировано и убедительно, то мотивация сторонников документа не так ясна и понятна. Своими предположениями и размышлениями об этом с "Церковным вестником" поделился председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин.

Поднимаемый вопрос очень серьезно волнует наше общество, особенно родительские организации. И не случайно проект документа "Позиция Русской Православной Церкви по ювенальной юстиции", представленный для общецерковного обсуждения, вызывает такие серьезные, пусть даже разнонаправленные отклики. Люди понимают, что излишнее вмешательство государства и представителей общественности в жизнь семьи может коснуться каждого. Как это нередко бывает, при обсуждении вопроса проявляются две крайности. Одни говорят, что в жизнь семьи вообще никому нельзя вмешиваться, другие – что самые радикальные меры вмешательства оправданы, а закон должен предоставлять чиновникам и общественникам максимальные возможности для такого вмешательства.

Тем не менее, очевидны две проблемы. С одной стороны, есть дети, к которым родители относятся преступно, будучи асоциальными личностями. А с другой стороны – существует определенный круг людей, явно заинтересованных в создании системы общенационального государственно-общественного контроля за семьей и системы получения бюджетных средств под это. Западный опыт показывает, что такая система может быть очень дорогостоящей и очень выгодной для тех, кто эту систему организует. На разного рода мероприятиях, особенно в Госдуме РФ, где обсуждался этот вопрос, я заметил, что существует несколько групп лоббистов создания подобной системы. Тихими, но очень упорными лоббистами выступают, с одной стороны, представители международных фондов, а с другой – группы, объединяющие нынешних и бывших социальных работников и связанные с ними общественные организации. Это женщины средних лет, которые имеют разветвленную сеть единомышленников и соработников по всей стране. Кто-то из них еще работает, а кто-то уже на пенсии, но видно, что здесь существует мощное корпоративное сообщество.

Не секрет, что система социального патроната предусматривает выделение на каждого ребенка многих десятков тысяч рублей в год. Но эти деньги предусмотрены не для семьи, а для субъекта социального патроната. Похоже, что основной статьей расходов предполагается сделать зарплату. Представьте себе, что на каждого ребенка выделяется 100-150 тысяч рублей и даже более в год. Именно о таких суммах идет речь. И зарплата тем, кто осуществляет патронат, здесь составляет значительную долю. Очевидно, что этот лакомый кусок интересует очень многих. Они готовы даже поделиться средствами с православной общественностью, только чтобы кусок не отнимали.

В идеале социальный патронат – нормальная вещь. Но только в том случае, если бы средства выделялись непосредственно семье, а родители вместе с "патроном" обсуждали планы развития семьи и улучшения ситуации в семье. А вознаграждение патрону было бы символическим или оставлялось на усмотрение общественной организации, которая его делегирует. Одновременно давалась бы четкая оценка результатов деятельности социального патроната, а главное – ясные и понятные критерии и определения тех ситуаций, в которых вмешательство в семью возможно и необходимо.

И очень важно законодательно усилить права родителей на воспитание собственных детей. На определение их мировозрения и нравственного состояния, на регламентацию их жизни, в том числе религиозной практики, включая пост и посещение богослужений, а также степень участия в домашнем труде, общение с противоположным полом, доступ к информации, к телевизору и компьютеру и т. д. Согласно букве и духу действующего права, как международного, так и национального, родители имеют полное право определять все это. И чтобы не появлялось новых искушений отнять воспитательные функции у родителей и передать их в какие-то элитные сообщества, нужно максимально гарантировать и подробно расписать права родителей в воспитании детей. Одновременно контроль за деятельностью социального патроната должен быть основан на ясно прописанных в законе полномочиях, как государственных контролирующих органов, так и общественности. Проблема в том, что одни общественные структуры будут контролировать другие, и между ними естественно возникнут разногласия, а ситуация может свестись к тому, что контролеры, контролирующие контролеров, будут умножаться до бесконечности. Это не поможет делу, если в законе не будет четко прописано, что субъектам социального патроната можно делать, а что нельзя.