Стать аватаром: как нас меняют социальные сети

Почему мы начинаем играть роль перед другими при общении в Сети и сами поддаемся иллюзиям, можно ли преодолеть в сети одиночество и как не впасть в зависимость от виртуального общения, рассказывает Алина ВОЛЫНСКАЯ

Иллюзии

Все мы с детства знакомы со "Сказкой о рыбаке и рыбке". В контексте сегодняшних культурных реалий ее можно было бы прочитать так: рыбак все ловил-ловил неводом рыбку, а старуха все больше погружалась в виртуальное пространство мечты, пока рыбка не перестала ловиться и реальность не напомнила о себе в самом что ни на есть грубом виде.

Социальные сети сегодня исполняют роль золотой рыбки. Они призваны заполнить некую нехватку – общения, коммуникации, близости. Но по мере того как она заполняется (а старуха получает свою избу вместо землянки), выясняется, что потребности и желания растут, и человек все больше погружается в интернет-пространство.

Иными словами, исполнение желаний порождает все большие желания, и в конечном счете выясняется, что многочисленные интернет-сообщества не столько восполняют нехватку, сколько подстегивают ее. Это происходит за счет специфической иллюзорности возможностей, которые предлагают социальные сети.

Возможность контакта

Социальные сети принято описывать как принципиально новое явление. Но содержательно все возможности, которые они предоставляют, существуют и активно используется уже весьма давно. Само по себе содержание действий в социальных сетях, очевидно, восходит к практикам ведения дневников, переписке и прочим эпистолярным жанрам. Иными словами, социальные сети совмещают в себе культурные практики письма предшествующих эпох с характеристиками новых медиа. Но трансформированная технологическая составляющая качественно преобразует их, создавая совершенно новую практику. Самое очевидное качественное изменение заключается в возможности преодолеть время и пространство.

Письма и дневники хранятся, передаются из рук в руки, отправляются и получаются именно в качестве материальных объектов – предметов, которые можно пощупать и потерять, которые преодолевают физические расстояния, прежде чем попасть вам в руки.

Интернет нивелирует эту материальную составляющую. Коммуникация в социальных сетях не требует никакого усилия по преодолению расстояний. Теперь совершенно неважно, где находится ваш собеседник – в соседней комнате или на другом континенте.

Время и пространство сжались и превратились в какое-то совсем новое измерение, которое невозможно сопоставить или соразмерить с реальными расстояниями. С возникновением интернета и само слово "расстояние" уже не подходит для описания коммуникации. А физика, к несчастью, пока не разработала язык, который позволил бы описывать пространственные отношения в сети (впрочем, возможно для этого теперь нужна совсем другая наука).

Кажется, эти пространственные искажения отношения близи и дали трансформировали и отношения между людьми (которые тоже традиционно описывались пространственными терминами: начиная от "близких людей" и заканчивая "желанием держаться подальше").

В свое время Вальтер Беньямин (1892-1940; один из наиболее значительных немецких критиков и философов ХХ века, публицист и социолог искусства леворадикальной ориентации. – Ред. ) описывал ауру через странное сплетение места и времени – "уникальное ощущение дали, как бы близок при этом ни был рассматриваемый предмет". По аналогии с этим можно сказать, что социальные сети, напротив, создают иллюзию близости, как бы далек ни был предмет (собеседник или визави). Для доступности и близости теперь достаточно принадлежать одной форме интернет-активности. Другой вопрос, что близость эта, кажется, совершенно фантомна – она реализуется только в сети и, как правило, исчезает, столкнувшись с жизнью за ее пределами. У персонажей в интернете (нас виртуальных) отношения часто развиваются в совсем ином регистре, чем у нас во плоти.

Вместе с тем изменяется и само понятие контакта. Одноименная социальная сеть предлагает постоянно оставаться на связи с двумя-тремя сотнями "ближайших друзей". Обилие и многообразие социальных связей становится важнее их прочности. Контакт из понятия, обозначающего частное взаимодействие, совпадение и взаимопонимание, постепенно превращается в некую абстрактную доступность, то, что ты всегда видишь краем глаза, но, если захочешь, можешь вглядеться пристальнее.

Необходимость коммуникации с сотнями вместо единиц создает и соответствующее безличное высказывание. Это то, что может быть сказано всем, то, к чему не нужно прилагать никакого усилия – ультраемкое, простое и удобное. Квинтэссенция этого безличного удобства – смайлики, которые сводят любую эмоцию к двум базовым знакам: плюсу и минусу, да и нет, хорошо и плохо.

Социальные сети не предполагают выражения сокровенных чувств или серьезных мыслей. Вместо этого они дают место совсем другому высказыванию – смешному, упрощенному, необязательному, тому, над которым не надо думать, а достаточно просто воспринять.

Менее всего это относится, пожалуй, к сети Facebook. Но и там пространство все больше заполняется условными "котиками", которые непременно окажутся по соседству с вашим мрачным постом про отсутствие гражданского общества.

Расстояние и контакт трансформируются, модернизируются и исчезают, заменяясь какими-то другими понятиями, которые мы пока не можем артикулировать. Мы стремимся к контакту, но сталкиваемся с чем-то другим.

Возможность выбора

Другая возможность, которую обещают сетевые сообщества, – многообразие выбора. Пожалуй, наиболее удачным примером в этом случае будут сайты знакомств – настоящий бич живого общения.

Предполагается, что знакомство в сети должно предшествовать реальной встрече, отношениям, свадьбе, хеппи-энду и т. д. Сайты знакомств обеспечивают для этого все условия. Они похожи на продуктовый гипермаркет, в котором разворачивается театральное действо выбора и потребления.

Каждый зарегистрированный пользователь блуждает по стройным рядам фотографий и анкет потенциальных любовных объектов. Сердечки и лозунги "найди свою любовь" побуждают его быстрее сделать выбор. Анкеты состоят из широкого спектра вопросов: пользователи могут найти применение своей фантазии, в красках описывая любимое животное и опыт совместного проживания.

Все это вроде как направлено на то, чтобы побудить к знакомству и нивелировать случайность в выборе спутника. Пользователь может сформировать и озвучить свои предпочтения (обычно они сформулированы примерно так: курящим, слушающим поп-музыку, львам, близнецам и водолеям, толстым и без четкой фотографии, где видно "фигурку" и "личико", просьба не беспокоиться).

Сайты знакомств предлагают не очень заманчивое, но вполне демократичное распределение ролей: каждый является одновременно товаром и потребителем, который его рассматривает и приценивается. Для упрощения процесса эти сайты воспроизводят абсолютно все гендерные клише и стереотипы. По умолчанию почему-то считается, что женские ожидания сформированы на сериалах, а мужские – на порнофильмах.

Другой вопрос, что первоначальная цель "потребления" часто затуманивается увлекательностью самого процесса. Тот факт, что пребывание на сайте знакомств должно, по идее, увенчаться выбором спутника, после которого оно теряет свой первоначальный смысл, как-то забывается. Средство постепенно становится целью.

Люди годами сидят на сайтах знакомств. Если знакомство приобретает вид потребления, то и строится оно по его законам. Желания и предпочтения потребителя бесконечно воспроизводятся, их невозможно удовлетворить раз и навсегда. Ему всегда чего-то не хватает, он находится в постоянной погоне за более выгодным, более качественным, более статусным и т. д. Если относиться к выбору спутника как к выбору одежды или продукта, то постепенно возникает специфическая привередливость, основанная на вере, что бесконечный выбор когда-нибудь увенчается результатом. Выбор сопровождается опасением "как бы не прогадать" и тайной надеждой, что, может быть, если подождать, попадется кто-нибудь получше.

Словом, сайты знакомств – это переходный пункт на пути из пространства сказки (половинки, любовь с первого взгляда, импринтинг, принцы и золушки) в пространство рациональности. Пользователи ищут совпадения (того самого, мистического и абсолютного), но пытаются достичь его рациональными способами, придумывая все больше критериев, которым должна соответствовать потенциальная вторая половина.

Возможность играть и выбирать роли

Если считать, что наша жизнь – это череда сделанных выборов и (не)реализованных возможностей, то сетевые сообщества дают пространство для маневра. Если ролевой набор в реальной жизни тебя не устраивает, можно создать свой собственный и с головой погрузиться в альтернативную вселенную по своему выбору.

В этом смысле вопрос "быть или не быть" сегодня должен быть переформулирован – в силу возникновения множества опций, которые не учитываются в этой дихотомии. Сегодня можно "быть другим" или "быть в другом пространстве" – это совсем просто, если учесть, что выразителем идентичности пользователя стал его аватар.

Выбранная роль – это не просто симуляция или прикрытие, подобно маске на маскараде, это возможность действительно стать другим (по крайней мере, в виртуальном пространстве).

Пограничный случай этой возможности – ролевые игры как возможность забыться, примерить на себя чужую идентичность, исполнять заданную роль без необходимости выбирать алгоритм действий и вообще осуществлять какой-либо значимый выбор.

Куда более распространенный вариант – социальные сети.

Лучше всего это видно на примере сети "Одноклассники", которая служит скорее не поддержанию контакта, а самопрезентации. Это, конечно, виртуальный аналог встречи выпускников, правда, бесконечной, не имеющей конца и края. Коммуникация первоначально обусловлена радостью первой встречи условных "одноклассников", которые давно уже выросли и забыли друг друга. И здесь, конечно, главное – правильным образом себя позиционировать. Сфотографироваться у престижной машины, даже если она не твоя, за столом начальника, на пляже, показав себя бывалым путешественником и т. д. Иными словами, создать иллюзию того, что жизнь проживается на пять с плюсом.

Коммуникация в "Одноклассниках" тоже служит тому, чтобы репрезентировать собственную успешность. Обычно она исчерпывается вопросами "Как жизнь/ успехи/дела?", в общем "How do you do?" А если уж ты случайно нашел кого-то, кого действительно хотел найти, то вы быстро выберетесь за рамки "Одноклассников" в более удобное или менее виртуальное пространство.

Но здесь есть и обратная сторона. Хотя в интернет-сообществах каждый волен сам выбирать роли, которые хочет исполнять, но всегда существует определенный набор ролевых парадигм, из которых нужно выбрать. Иными словами, ты волен сам выбирать модели успеха, которые показываешь другим, но социальные сообщества имеют и собственные показатели успешности, которым ты вынужден соответствовать.

В интернет-сообществах каждый выступает в первую очередь не в качестве человека, а в качестве пользователя, который с большей или меньшей успешностью реализует возможности, предоставленные интернет-пространством.

В большом городе человек вообще часто воспринимается как функция. Например, официант интересует нас только в качестве, в функции официанта – для нас важно лишь, насколько хорошо он выполняет свою работу, мы не интересуемся его родословной, его настроением и тем, насколько у него болят ноги после рабочего дня.

Социальные сети, пожалуй, впервые, переносят эту функциональность на непрагматическое общение. Роли расписаны, идеалы очерчены и заложены просто в наборе сервисов и опций, которые предоставляет тот или иной ресурс.

На сайте знакомств каждый пользователь выступает исключительно в качестве знакомящегося, ищущего и искомого. Соответственно, чем больше у него оценок, комментариев и прочих свидетельств популярности, тем более он успешен в своей функции.

То же самое относится и к социальным сетям вроде "Вконтакте", Facebook и "Одноклассники". В них пользователи выступают в функции "человека общительного", активного, коммуникабельного, идущего (или, скорее, бегущего) в ногу со временем.

По мере того как популярность социальных сетей набирает обороты, эти навязанные роли все больше выходят за рамки виртуального пространства и становятся идеалами и моделями достижения успеха в офлайне.

Возможность быть автором

В своем программном эссе "Произведение искусства в эпоху технической воспроизводимости" Вальтер Беньямин писал, что с появлением кино и фотографии в газетах каждый получает возможность стать автором (писателем, журналистом, актером). Возможности авторства, которые Беньямин увидел в 1930-х годах, кажутся детским лепетом по сравнению с теми, что предлагают нам сетевые сообщества сегодня. Фотографии, заметки, видеоролики стали неотъемлемой частью повседневности.

Социальные сети развивают и поощряют индивидуальное высказывание, дают слово всем желающим высказаться. Каждый получает возможность стать автором – по крайней мере, автором собственной жизни. Последние новости, актуальные только сегодня и больше никогда, случайные стилистические находки, наблюдения – все то мимолетное, смешное и страшное, что обречено на забвение, теперь получает продолжение в виртуальном пространстве. Посты, комментарии, фотографии и прочие опции, которые предоставляют сетевые сообщества, становятся способом выразить собственную жизнь, поделиться ей с другими, запомнить ее и прожить заново, несколько раз.

Но чем более увлекательной и разнообразной становится виртуальная жизнь, тем сильнее оказывается зависимость от интернета. И чем дальше, тем больше она поглощает время и силы, постепенно заменяя то, что принято считать реальностью.

И здесь мы можем плавно вернуться к рыбке, старику и неводу.

Выясняется, что несговорчивость рыбки на финальном этапе – это вполне счастливый финал. Путешествия по различным мирам, возможности выбора, контакта и авторства, безусловно, очень притягательны. Но хорошо бы все же иногда возвращаться в свою землянку. Она, может быть, и не очень привлекательная, зато родная и настоящая.