Патриарх Кирилл: Эпатаж – не наша миссия. Мы же не клоуны!

Как работать с соцсетями и со "вбросами"? Как церкви формулировать положительную повестку дня и общаться с оппонентами? Ответы на эти и другие вопросы искали в эти дни в Москве на V международном фестивале православных СМИ "Вера и слово". В этом году юбилейный форум собрал свыше 500 гостей из 155 епархий Русской православной церкви.

– Знаете, церковь по своей природе гонима. Но за выборами на Украине в эти дни мы следили, конечно, с тревогой, – делится со мной протоиерей Валентин Марчук из Волынской епархии Украинской православной церкви. – В моем городе Луцке священник из Киевского патриархата сейчас прошел в депутаты от партии "Свобода". Но на выборы разрешают идти только раскольникам. Мы же даже не благодарим публично помогающим нам депутатов – только после выборов.

У молодого отца Валентина за плечами тяжелое прошлое – он помнит, как украинские националисты и раскольники в 90-х избили до смерти его бабушку у храма, как в толпе митрополиту Луцкому и Волынскому Нифонту порезали вены, и как хотели повесить его самого – тогда еще 13-летнего мальчишку ("Чтобы московский поп не вырос!").

– Сейчас у Московского Патриархата в Луцке уже не один храм, а два десятка. Время, к счастью, меняется. Нынешняя власть помогает. Кстати, многие люди просят нас помолиться и за Тимошенко – молимся, – улыбается он.

О политике, информвойнах и месте церкви и православного журналиста в этом поле на закрытии фестиваля в среду в храме Христа Спасителя много говорил и Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Отдельно напоминая об ответственности священников за каждое сказанное публично слово.

– Именно погрешности в поступках и словах священнослужителей тут же тиражируются. Когда произносим свое слово публично, должны понимать, что его слышат и люди совсем не церковные. Хотя не знаю, насколько правильно вести дискуссию с теми, кого никакие аргументы не убеждают. Не мечите бисер перед свиньями – это Господь так сказал. Но это не значит, что нельзя отвечать на высоком интеллектуальном уровне – отметил предстоятель РПЦ, призывая противопоставить негативу в СМИ и интернете позитив – "не искусственный и не ругательский, а творческий и духовный".

Кстати, миллиардер-меценат Константин Малофеев, инициировавший создание "черных списков" сайтов в Рунете, сообщил, что строчащих в Сети гадости про церковь на самом деле не так уж много – максимум пара тысяч.

– Остальные – роботы. Это хорошая новость, то есть зло конечно. Если же вы нашли живого человека-провокатора, сообщайте нам, в "Лигу безопасного интернета". Мы две сети педофилов вскрыли, так же поступим и с этими товарищами. Передадим информацию в правоохранительные органы, – предложил эксперт.

– А как быть с аккаунтами священников в соцсетях? – тут же спросил батюшка из Благовещенска.

– Дискуссия часто эмоционально вовлекает настолько, что тормоза спускаются. Звучат эпатажные заявления часто ни к селу ни к городу. Эпатаж – это не наша миссия! Вообще народ устал от эпатажа, от хлестких слов, где мало смысла. но много желания себя пропиарить. На памяти у многих неудачные шутки: человек сдуру брякнул, а потом интернет 2 месяца гудит и разбирает их. И все положительные импульсы церкви в этом тонут. Но мы же не клоуны! Мы должны стремиться не к унижению, а к исправлению оппонента. Православный человек всегда с достоинством должен выступать в дискуссии. На вызовы нужно отвечать, но наш ответ должен быть на порядок выше нападок. И тогда мы будем честны перед Богом и перед церковью, – ответил Патриарх.

И отдельно объяснил, почему против участия духовенства в любых ток-шоу.

– Сама стихия предполагает эпатаж, там же никто не выясняет истину. И присутствие там священников – просто участие в игре по чужим правилам. Наше дело – по больницам и приютам ходить, бездомными, наркоманами и безбожниками заниматься, молодежь спасать. Такая работа меньше приносит пиара, но не нужно за рейтингами публичности гнаться – это все очень греховно, – предостерег Святейший.

– А нужно ли нам в эпоху информвойн браться за пиар-технологии? Защищать корпоративный имидж или наше дело – молиться и поститься? – полюбопытствовали в зале.

– Я против любых искусственных способов, которые бы формировали привлекательный образ церкви. Я за то, чтобы мы делали больше добрых дел (как это было в том же Крымске), были верными своему призванию, и с условием того, что живем в инфмормобществе, – уметь об этом говорить, преследуя как миссионерскую цель, так и образовательную, – отметил Патриарх.

И заодно добавил, что враги церкви пользуются мифами столетней давности – о ее сращивании с государством и несметном богатстве.

– Оба мифа использовались в революционной борьбе в XX веке. Ничего нового нет, скудно работают, – улыбнулся он.

И напоследок поделился своей мечтой – о благополучии наших соотечественников за рубежом.

– Хотел бы помечтать о том, чтобы везде, где живут русскоязычные православные люди, они обладали равными гражданскими правами, открыто говорили на русском языке, исповедовали свою веру и поддерживали духовную связь со своим религиозным центром. Чтобы они сохраняли единство нашей церкви, не поддавались попыткам разделить нас по политическим или национальным признакам, – заключил Святейший.