Манифест "русского Брейвика" собрал 10 000 "лайков" в сети

Идеи манифеста – не бред сумасшедшего одиночки. Напротив, они в крайней форме несут в себе достаточно распространенное отношение к жизни: "Если Бога нет, то все позволено". Комментирует духовник филологического факультета ПСТГУ протоиерей Лев СЕМЕНОВ:

Страшное кровавое злодеяние потрясло всех. Уже высказаны предположения о мотивах массового убийства, совершенного Дмитрием Виноградовым, включающие как тему неразделенной любви, так и тяжелого психического расстройства. Конечно, вызывает опасения, что некоторая шумиха в СМИ вокруг этого ужасного преступления, может иметь негативные последствия, отнюдь не лучшим образом воздействуя на неокрепшие умы некоторых молодых людей. И все же трудно не откликнуться на просьбу прокомментировать так называемый "манифест", размещенный убийцей в Интернете за несколько часов до роковых выстрелов, унесших человеческие жизни.

К реакции на этот манифест побуждает и вселяющий тревогу факт, что за одни сутки количество "лайков" на странице преступника под его манифестом возросло с 5000 до почти 10 000... Что же лежит в основе этого текста, который, несомненно, бесследно затерялся бы в безбрежных просторах мировой паутины, если бы не кошмар, осуществленный его автором.

На первый взгляд может показаться, что для анализа текста манифеста достаточно ограничиться четырьмя последними абзацами, где в наиболее концентрированном виде выражена человеконенавистническая суть этого мессиджа. Позиция автора предельно ясна: жизнь лишена смысла, все люди – лишь "частицы человеческого компоста", "генетический мусор", который "должен быть уничтожен"...

Но, если не отнестись ко всему этому просто как к бреду душевнобольного, из текста манифеста вырисовываются примечательные нюансы, которые говорят о многом. Во-первых, это своего рода крик души человека, безнадежно заплутавшегося на своих жизненных путях. Человека, утратившего представление о смысле своего бытия. И это в любом случае личная трагедия, даже если речь идет о социально опасном преступнике.

В манифесте есть многие детали, которые заставляют связать личную трагедию его автора с некоторыми поистине трагедийными сторонами общественной и культурной жизни современного человечества. Начнем с главного. Медленно, но верно с Нового времени человеческое общество несколько столетий погружалось в пучину отвержения традиционных духовных ценностей, веками до этого плодотворно созидавших культуру.

И это катастрофическое сползание в бездну секуляристского отвержения религиозных начал воспринималось самим человечеством едва ли не со сладострастным восторгом – сколько дифирамбов пропето эпохе Возрождения, положившей начало этому процессу, сколько стрел пущено в пресловутое "мрачное средневековье". А голоса замечательных деятелей отечественной науки, еще в середине прошлого века со всей профессиональной ответственностью убедительно опровергавших оба эти заблуждения – академика Николая Конрада и профессора Алексея Лосева – оставались неуслышанными и тогда и доныне...

Автор манифеста не придерживался бы подобных взглядов, если бы базовым ориентиром его жизни были убеждение, что человеческая жизнь – это высший священный дар Бога, а также главная заповедь, оставленная нам Христом – любить Бога и любить ближнего... Вечная антитеза Любви и Ненависти, выражающая противостояние сил Добра и Зла. К несчастью для себя и своих жертв автор манифеста встал на сторону последних.

И роковыми проводниками его на этом погибельном пути оказались не только самые общие тенденции процессов секуляризации, но и те частные особенности общественного развития, которые лишь усугубляли этот процесс. Я имею в виду оккультизм, новую подъем которого в свое время был связан с теософскими идеями Блаватской, а во второй половине XX века получил новый виток развития в виде идеологии "Нью Эйджа". Разве не проглядывает чудовищная помесь идей социал-дарвинизма (рассуждения автора о роли "естественного отбора"), национал-социализма (его слова о людях с "генетическими дефектами" и "здоровых особях", кроме того на его странице приведены расистские и нацистские изображения) и излюбленных нью-эйджерских представлений о человеке "пятой расы" (призыв автора: "Эволюционируйте!").

Нет надобности указывать здесь на огромную социальную опасность подобного миросозерцания, ибо она очевидна. Но хотелось бы надеяться, что общество найдет в себе силы опомниться и не пребывать в равнодушной слепоте и глухоте к глубинным причинам подобного внутреннего кризиса одной личности, обернувшегося гибелью стольких ни в чем не повинных людей. Перед каждым из нас (и в повседневных наших поступках, и в принятии решений по важным вопросам общегосударственного значения, в том числе в сфере образования, воспитания, семейной, молодежной политики) по-прежнему ежечасно встает выбор – на чьей мы стороне: Добра или Зла. Выбор за нами, и время не ждет.