Интернет-гигиена

В интернете сегодня стираются границы между развлечением и работой. Потребление информации превращается в изматывающий труд. К этому добавляется эмоциональная зависимость от интернета. У нас нет исторического опыта, а возможно, и биологического ресурса, чтобы управляться с такими сильными изменениями в нашей жизни. Как быть?

Интернет как отражение личности

Кто бы и что бы ни говорил, но любая активность в интернете – от поста до лайка – так или иначе рассчитана на отклик. Никто не пишет в никуда, каждый пишет хоть кому-то, пусть бы и безадресно. Интернет без других немыслим, верно? Это новый способ социализации, хорошо выраженный английским словом networking – налаживание и поддержание связей.

Однажды мне на глаза попалась книга Стивена Кови "7 навыков высокоэффективных людей", которая содержит, возможно, единственную ценную мысль в первой же фразе: "Взаимозависимость – ценность более высокая, чем независимость". Правда, история человечества – это история борьбы за независимость, и на этом фоне постулат о зависимости выглядит диссонансом, но ведь человек – существо социальное. Бытие личности подтверждается ее отражением в других, в пустоте не отразишься. Для самореализации человека, действительно, взаимная зависимость оказывается куда важнее независимости.

Очевидно, речь идет о надлежащем качестве этой зависимости. Взаимозависимость без порабощения – вот что ищут люди в интернете. Часто становясь рабами этого поиска и этой среды.

В интернет можно выпускать желаемую часть своей натуры, чтобы выглядеть лучше, что в реальной жизни весьма непросто. В сети легко можно стать утонченным и разносторонним. Или брутальным и остроумным. Кроме того, интернет позволяет социализироваться куда быстрее, чем реальная жизнь, где на это уходят годы, причем часто впустую. Все это заманчивые перспективы. И они заманивают.

А поскольку коллективность всегда была способом выживания, она подкрепляется таким стимулом, как удовольствие. Человек получает удовольствие от общения, от включенности в общий процесс, от синхронности (не зря нам дано чувство ритма), от реакции, резонанса, от славы, наконец. Все это заставляет искать отклика, искать связей.

Но там, где речь идет о простоте удовольствия, возникает вопрос и о рисках зависимости – на этот раз уже зависимости от удовольствия. Вот почему интернет может быть наркотиком. Однако качество удовольствия обратно пропорционально его количеству, потому что простота удовольствия притупляет рецепторы. И вот уже мало кто осознает радость общения, но все жалуются на побочные эффекты, считая именно их вред ключевой характеристикой интернета.

Негодяй на расстоянии клика

Кроме зависимости, простота нетворкинга рождает и другие риски.

Для отклика надо хоть как-то обозначать себя или даже раскрываться. Неловко обнажившись, человек провоцирует нападение троллей (троллями называют людей, которые размещают в интернете агрессивные, оскорбительные, издевательские или провокационные сообщения, например в комментариях. – Ред.). В реальной жизни короткий контакт с неприятными людьми или чужаками – большое событие. А в сети человек уязвим просто по факту присутствия в общем доступе – любой негодяй находится на расстоянии клика.

Для участия в общении необходимо что-то сообщать, ведь невозможно породить отклик без какой-либо активности. Для этого надо что-то знать, узнавать. Отсюда подспудное стремление быть в курсе событий.

Обладание новостями необходимо также для поддержания социального статуса. Сообщающий находится на более высокой ступеньке в незримой общественной иерархии, потому что он уже знает, тогда как воспринимающие – еще нет. Быть раньше или ближе к информации – быть круче. Отсюда неконтролируемое желание узнавать и распространять новости.

Интернет оснастил эту страсть средствами малой механизации – кнопками like, share и им подобными. Они облегчают как распространение информации, так и выражение отношения к ней (потому что распространение уже есть отбор). Однако эти кнопки делают погружение в информационный поток скользящим и слишком легким. Новость узнают не для того, чтобы вникнуть, а для того, чтобы поделиться. Это полезно для социализации, но вредно для рассудка, так как ломает базовые механизмы усвоения информации.

В результате стоит человеку войти в интернет, как он тут же погружается в такие объемы информации, которые раньше ему и во всю жизнь не были доступны. Информационная гонка ведет к перегрузке, к эмоциональному истощению. Кто-то из теоретиков медиа заметил, что досуг в интернете по объему времени и ресурсных затрат уже приблизился к full-time (полной) занятости. А что производится? Зарплата, удовольствие? Нет, всего лишь статус, и то если получится.

Никогда раньше общество не менялось так резко. Эпоха всегда была длиннее поколения, и смена эпох вмещала несколько поколений. Был запас времени, чтобы адаптироваться. Теперь в одно поколение уже утрамбовано несколько эпох. Когда мне было двадцать, съезд нардепов СССР ратовал за установку телефона в каждый дом. Сейчас, когда мне за сорок, дети освоили тачскрин и мышка с клавиатурой – уже архаика. Когда мне будет шестьдесят, молодежь будет осязать информационные объекты в пространстве перед собой и улучшать способности тела и мозга с помощью кибергорганики.

Как со всем этим справиться и не лишиться рассудка?

Фильтры очистки

Для начала надо разобраться с устройством новой среды и отказаться от некоторых вредных мифов. Пожалуй, главный миф, который мешает спокойному восприятию новых реалий, это миф о том, что интернет – свалка. Считая интернет свалкой, мы подспудно постулируем порочность своего пребывания там. Отсюда комплекс вины, ощущение утраченного времени и прочие неприятные переживания.

Фокус вот в чем. Да, по способу появления информации в интернете его можно сравнить со свалкой. Туда попадает все. Но распространяется и находит потребителя – далеко не все. В реальности никто не потребляет свалку.

На страже нашего психического здоровья стоят целых три редута, три эшелона фильтров, просеивающих для нас содержимое интернета:

1) личные настройки;

2) вирусный редактор;

3) алгоритмы выдачи.

Личные настройки. Помещая какую-либо ссылку в закладки своего браузера, пользователь накапливает собственную карту сети и в дальнейшем полагается на те маршруты, которые им уже проверены. Примерно такой же результат дает подбор друзей в свою френдленту. Человек отбирает в друзья людей с близкими взглядами или с общей историей, то есть проверенных личных опытом. Не все они так уж близки, но статистически куда ближе, чем случайный интернет-прохожий. И потом пользователь видит, что читают, чем интересуются отобранные им друзья. Так функционирует фильтр рекомендательного отбора, формируя каждому из нас сеть собственных корреспондентов. Исследования показывают, что уровень доверия к информации в таких сетях чрезвычайно высок – гораздо выше доверия к СМИ.

Вирусный редактор. Раньше новости для нас отбирал редактор газеты или телевидения, полагаясь на свое представление о значимости событий. Теперь новости передаются нам по цепочкам или, лучше сказать, сетям вирусного распространения в интернете. Как начинается такое распространение? Кто-то увидел или узнал, прочитал или случайно стал свидетелем чего-то интересного. Что делает человек интернета в этой ситуации? Он тут же спешит поделиться, опубликовать информацию в соцсетях. Чтобы поддержать свой статус, добиться отклика. Так происходит первичный отбор: люди стараются публиковать интересные посты, комментарии или картинки.

Дальше, если новость действительно интересная, френды подхватывают ее и, уже ради отклика для себя, делают с ней то же самое. Во-первых, они тоже "отбирают" ее – для публикации, перепоста, комментирования – в соответствии со своими представлениями о значимости. То есть уже самим фактом отбора новости каждый участник вирусного распространения как бы голосует за то, что эта новость достойна распространения.

А во-вторых, пользователи могут еще и изменять входящую новость – что-то добавлять, убирать, акцентировать, комментировать. Это такое странное голосование, где бюллетень можно "улучшать" прямо в кабинке.

В результате суммарной работы "микроредакторчиков", соединенных в подобие нейронной сети, возникает своего рода искусственный интеллект, где решающими чипами оказываются сами люди. Они не просто передают другу друг сигналы, но и "улучшают" эти сигналы по ходу дела в соответствии со своим частным представлением об "интересности", которое в результате сложения оказывается... общественным мнением. Этот "искусственный интеллект" и есть вирусный редактор. Он отбирает, рафинирует значимое и доставляет его всем участникам, которые одновременно являются и производителями, и потребителями сообщений (для деятельности такого рода появилось слово "просьюмеры").

Это не означает, что каждый юзер делает свою частную "редактуру" хорошо, вовсе нет. Однако каждый старается в меру сил – нужен же отклик. Кто-то делает это лучше, кто-то хуже, но эти усилия рождают огромный коллективный результат. Атомарная жажда отклика создает системный позитивный фильтр отбора. Она заставляет все множество пользователей искать, добывать и распространять то, что может оказаться интересным, привлечь внимание. Интересное и значимое будет отобрано, усилено вирусным редактором и сообщено именно тем, для кого оно имеет значение; а они сообщат дальше. Фильтр вирусного редактора сотрудничает с настройками моей френдленты и моего браузера. Вирусная новость, не захватившая моих друзей, не доберется и до меня. Она не пройдет отбор у моих друзей и друзей моих друзей, выполняющих работу вирусного редактора конкретно для меня.

Алгоритм выдачи. Специальные алгоритмы поисковых систем (таких как Google) и социальных сетей (таких как Facebook) анализируют, какие сайты посещает пользователь, что ищет, с кем общается, что кликает, кого "лайкает". Используя эту информацию, алгоритм решает, чем может заинтересоваться человек, и выдает ему наиболее подходящие ответы на поисковые запросы (Google) или показывает наиболее "интересные" для него сообщения его друзей (Facebook).

Автор книги The Filter Bubble Эли Паризер описывает такую историю. Он попросил двух своих друзей в разных штатах задать в поиске Google слово "Египет" и прислать ему скриншот выдачи поисковика. Так вот: одному другу поисковик выдал набор туристических ссылок, а другому – ссылки на материалы об арабских революциях. А все потому, что у друзей были разные интересы, они посещали разные сайты. Поэтому и Google по-разному интерпретировал один и тот же запрос. Этот прообраз искусственного интеллекта уже оценивает нас и принимает решения о том, что нам нужно.

Похожий алгоритм работает в Facebook. Анализируя прошлые предпочтения пользователя, алгоритм выстраивает приоритеты выдачи. Например, Паризер заметил, что Fasebook совсем не показывает ему сообщений его френда с противоположными политическими взглядами. Алгоритм посчитал, что если Паризер их не лайкает и не комментирует, то ему и не интересно. И незачем засорять ленту, лишнее исчезло, красота.

Алгоритм делает это для того, чтобы настроить информацию под наши интересы. Но на самом деле делается это с целью повысить эффективность рекламы – чтобы показывать нам именно ту рекламу, которая нас может заинтересовать с большей вероятностью. Обращали внимание, что если вы спросите поисковик о рецепте полоскания для больного зуба, то потом на разных сайтах у вас неделю будет выскакивать реклама стоматологических клиник? Это оно – The Filter Bubble.

Способность алгоритма анализировать наши предпочтения приводит к двум последствиям: одному очень хорошему и одному очень плохому.

Такая выдача действительно удобна, она отсекает шум, без нее лента в фейсбуке была бы чудовищной. С другой стороны, если мы будем видеть только то, что опирается на наш же собственный прежний опыт, мы лишимся открытий. Человек может оказаться внутри непроницаемого кокона своих прежних интересов, выйти за пределы которого окажется непросто. Специалисты бьют тревогу; но это немного другая тема.

Моя редакционная политика

Для того чтобы благоустроить свою среду обитания в интернете, надо всего лишь понимать устройство этих фильтров, уметь их настраивать, ну и знать основы тайм-менеджмента, то есть управления временем. Последнее – самое трудное (но оно и в реальной жизни так).

Еще в 1995 году теоретик новых медиа Николас Негропонте отчеканил термин The Daily Me, выразив в нем способность новых медиа к персональной настройке. The Dailу Me, "Ежедневный Я" – это мое собственное СМИ, собранное из всех новостных потоков, втекающих в мой мозг.

Вопрос гигиены личного интернета сводится к простой дилемме: либо мы умеем настроить удобоваримые фильтры для своей The Daily Me, либо нет – и тогда за нас это делают маркетологи, тролли, случайные знакомые, а также просто прохожие со всего интернета. Как говорит другой медиагуру, Клэй Ширки, если вас заваливает ненужной информацией, то виновата не информация, а ваши фильтры.

Образ любого медиа определяет редакционная политика. Исходя из вышеизложенного, можно указать на некоторые важные опции, которыми стоит управлять.

1. Будьте тщательны в отборе закладок. Набор закладок (особенно домашняя страница) формирует вашу повестку дня, картину мира и эмоциональное состояние.

2. Еще больше на восприятие мира влияет подбор друзей в соцсетях. Например, если среди них много оппозиционеров, то лента выдачи будет напоминать новости из Мордора. А если много охранителей, то лента будет выглядеть фальшивой и неостроумной. Можно было бы посоветовать соблюдать баланс, но тут кому что нравится. Стоит, однако, хотя бы понимать: другая френдлента – другой мир.

Зная об этом эффекте, я специально сохраняю в ленте людей с иными взглядами – наличие иного взгляда в картине мира очень полезно.

3. Не кормите троллей! Приходилось сталкиваться с людьми, которые не знают об этом правиле. Не связывайтесь с комментаторами, по активности которых заметно, что они упиваются вашей обидой. Тролли питаются возмущенными ответами жертвы, а самого тролля никаким оскорблением уязвить невозможно. Возгонка перебранки с троллем всегда приятна троллю и всегда в конце концов уязвляет жертву. Нет и не может быть "интеллектуальных" или риторических приемов против тролля, есть только техническое средство: не отвечать.

И у меня есть еще личный рецепт от троллей – писать сложно. Хотя, может, это я просто так оправдываю свое неумение излагать коротко и ясно. Но, по крайней мере, связь очевидна: чем популярнее пишешь, тем больше троллей; зануд они не трогают. С ростом популярности блогера тролли набегут неизбежно. Многотысячники к этому привыкли и равнодушны, не реагируют. Совсем плохо, если количество троллей превышает допустимую для вашего уровня популярности пропорцию: значит, чем-то вы их привлекаете дополнительно.

4. Чаще лайкате и комментируйте тех, кто вам интересен. Этим вы правильно сориентируете Edge Rank – алгоритм фейсбука, который формирует ленту выдачи для вас. Он поймет, что эти люди вам интересны, и будет чаще показывать вам их сообщения. (Похожий принцип, нет сомнения, внедрят и другие соцсети, это общий тренд развития соцмедиа.) Кроме того, знаки внимания укрепляют отношения с приятными людьми – даже в тех сферах, куда еще не дотянулись щупальца алгоритма.

5. Выучите модное слово "прокрастинация". Оно обозначает пагубную страсть откладывать важные дела, занимаясь неважными. То есть тратить жизнь на треп в интернете. Специальных решений этой проблемы нет, кроме разве что выдергивания штепселя из розетки. Все решения находятся в сфере управления временем. Никакие настройки интернета не помогут вернуть человека в семью или общество, если он не обладает базовыми навыками тайм-менеджмента и волей.

Для начала важно хотя бы осознать проблему и переработать угнетающую досаду в мотив для действий. И потом дать делу время, а потехе – час.

Цифровые заповедники

Хотя неолуддизм (философия, подразумевающая критику влияния научно-технического прогресса на человека и общество. – Ред.) без ухода в скит теперь невозможен, но в будущем должны появиться форматы цифровых заповедников, где специальными мерами шум интернета будет снижен почти до предынтернетного уровня. Сколько узнавали люди в конце XX века – три новости в неделю? И чувствовали себя нормально. Вот и хватит. Возможно, возникнет какое-нибудь движение опрощенцев, которые будут придерживаться такой идеи экологического потребления.

Но самая большая угроза нависла, на самом деле, не над взрослыми, а над детьми. Нынешние взрослые так или иначе социализировались все-таки вне интернета, имеют какой-то опыт и понимание психологических рисков, даже если не умеют их избежать. Нынешние дети социализируются сразу в сети. Родители этого не понимают, потому что кажется, что ребенок – вот он, сидит за компьютером, а он не здесь, он в огромном и неконтролируемом мире. Как раньше учили детей верно вести себя на улице и не брать конфетку у чужого дяди, так и сейчас надо учить ребенка поведению в интернете. Знаменитая триада воспитания "семья – школа – улица", обеспечивавшая ребенку баланс социализации, теперь заменена триадой "семья – школа – интернет". А ни родители, ни школа не перестроились. Вот это самая большая опасность в нынешнем состоянии общественной интернет-гигиены.