Инокиня Ольга (Гобзева): Не опускайте крылья! Господь любит дерзновенных!

Инокиня Ольга (Гобзева), в прошлом известная актриса театра и кино, делится своими впечатлениями от прошедших в ноябре-декабре 2012 года II форуме "Святость материнства" и II Форуме православных женщин, а также размышляет о Золотом веке русской культуры, о Достоевском, принцессе Элле и приближающемся Рождестве.

– Матушка Ольга, 21 ноября 2012 года мы беседовали с Вами на II Всероссийском форуме "Святость материнства", прошедшем в Нижнем Новгороде, а 6 декабря встретились на II форуме православных женщин в Москве. Насколько нужны и важны такие масштабные мероприятия?

– Такие форумы всегда нужны: темы материнства, женской обездоленности весьма актуальны. В нашей стране, люди всегда были уверены в том, что семья должна быть большой. Конечно, все участники форума "Святость материнства" благодарны чете Якуниных (Владимиру Ивановичу и Наталье Викторовне) за подвижничество. Когда случается что-то правильное, справедливое, то каждая душа отзывается благодарностью. Правда, к таким грандиозным мероприятиям примешивается часто что-то наносное, инородное, примыкают люди, которые преследуют какие-то свои, корыстные цели. Это всегда бывает при большом деле, знаете, когда за большим кораблем струится широкая полоса пены.

Форум "Святость материнства" был очень хороший, но среди подаренных нам книг, рекомендованных чуть ли не детям и посвященных семейной политике, два раздела были написаны сексологами, которые ориентированы не на созидание здоровой семьи, а скорее на разрушение ее. Не совсем понятно, как к изданию положительной литературы допускаются люди с совершенно противоположной задачей. Безусловно, здесь обязательно должна быть цензура. Эти факты, однако, не должны нас смущать и, в принципе, нужно очень твердо и уверенно идти в созидательном направлении, и, главное – верить в то, что, кроме наших усилий, есть еще промысел Божий. На форуме было выступление о том, что, мол, вот у нас такие страшные факты, что мы можем лет через пять вообще исчезнуть. Да, может быть это точка зрения и существует, но при этом нельзя забывать о Промысле Божием о нас. В нашей истории бывали времена гораздо хуже нынешних, и Россия не погибала. Не надо это забывать. Свою историю, бесценную и уникальную, мы не должны позволять интерпретировать и искажать.

– На форуме в Нижнем Новгороде в работе какой секции Вы участвовали?

– Я была на дискуссионной секции "Семейные ценности в современном информационном пространстве". В основном там были выступления довольно положительного характера, особенно из регионов. Люди говорили о своих достижениях в сфере семейной политики. Потом вышел к микрофону столичный представитель СМИ. В своей речи он произнес, что порок гораздо привлекательнее добродетели. Что о добродетели очень трудно сделать хороший материал, такие публикации мало кто читает, и вообще, это никому не нужно. Затем, он позволил себе сказать: что мол, такие понятия, как "святость семьи", "святость материнства" вообще не воспринимаются читателями. Кто-то спросил: "А, что же плохого в этих словах? И если Вы не воспринимаете такие понятия, то почему Вы думаете, что это не воспринимают другие?"...

Нам предлагается некое лекало, некоторое правило, навязываемое либеральными СМИ. Навязывается интерес к скандальной личной жизни какого-нибудь актера или иной известной личности. Предлагают заниматься непотребным, стыдным делом – разбираться в чужих грехах. Будто они совершенно выбросили из своей памяти Слова Святого Евангелия: "Что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь?.. Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза, и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего" (Мф. 7:3-5). Но, по-видимому, их невозможно переделать – они делают деньги на том, что восхваляют порок, постоянно муссируют негативные сообщения. Таково, к сожалению, наше время, когда все средства хороши, лишь бы сорвать какой-то куш. Но меня порадовало, что на коротенькую реплику "что же в этом плохого?" отозвалась вся секция, и что люди не поддержали столичного писаку.

– Ольга Носкова очень жестко назвала ситуацию со СМИ беспределом. Вы согласны с этим?

– Конечно, то, что происходит на информационном поле, – это откровенная и циничная война. Мы, люди, живущие в России, практически находимся во вражьей среде. Современные СМИ делают свою разрушительную работу. Новостные сообщения начинаются с того, что сообщается о гибели людей в автокатастрофе, сообщается, сколько детей было похищено, что убита маленькая девочка... Но русская душа, воспринимая чужую боль, вместе с тем отторгает негативную информацию. Мы не воспринимаем "чернуху", но ее так много, что возникает очень печальное и опасное явление – уныние. Дай Бог, чтобы уныние не охватило нас полностью.

У многих как бы опускаются крылья, появляется какое-то неверие. Не опускайте крылья! Надо быть дерзновенным. Господь любит дерзновенных! Если ты уверен в том, что должен сделать, – делай! Если ты уверена, что должна родить пятого-шестого ребенка, – рожай, не обращая внимания ни на какие возражения. Иди, следуя своему внутреннему чувству, включая свое божественное "Я".

Ко мне подошла мамочка, которая рассказала, что сомневалась, "рожать ли ей пятого ребенка". Все ее отговаривали, но она родила, несмотря ни на что, и девочка оказалась такой дивной, такой умницей. Дочка была благодарна маме, что та осталась сама собой, осталась верной своему долгу.

– Вы упомянули грех уныния. По себе знаю, как легко в него впасть и как трудно ему сопротивляться, когда беды и проблемы обрушиваются на тебя, а помочь некому.

– Уныние возникает, когда, кажется, что ничего нельзя сделать, что у нас все плохо. На самом деле, у нас совсем не все плохо. У нас очень много хороших достижений за последнее время. Православная Церковь обрела невероятную силу, и этого боится наш супротивник. Либеральные СМИ нападают на Православную Церковь, на иерархов, и это уже стало почти привычным. Однако это страшный грех, и, в первую очередь, для тех, кто позволяет себе это делать. Они не знают и не ведают, на Кого подымают руку и голос. Но надо признать, что эти нападки активизируют и мобилизуют православных людей, да и не только православных. К голосу Православной Церкви прислушиваются. Резолюции Всемирного Русского Народного Собора подхватывает Запад. Там они хотят для себя взять все лучшее, а нам выдать всю дрянь, которую они накопили веками, чтобы унизить нас, поселить в душах неверие. Это самая откровенная война.

Самое больное для людей – это клевета. Она, как правило, очень больно ранит, хотя бывает совершенно нелепой. Например, в свое время в газете "Московский комсомолец" писали, что матушка Ольга украла из подрясника некоего батюшки очки. Мне не нужны были очки, тем более чужие. Но такая нелепость запоминается. Почему Святейший Патриарх не может принять в подарок часы? Известно, что святой Иоанн Кронштадтский имел личный пароход, был всегда очень красиво и богато одет, любил красоту, его награждали орденами, усыпанными бриллиантами. И никого в России это не смущало.

Или пишут, что наш президент, оказывается, очень богат. Но это пишут не бедные, а богатые люди – люди совершенно безо всякой совести. А это все – борьба против России, против государственности, против Церкви. Однако нельзя забывать, что наша страна завоевала прочный авторитет в мире, и что экономически Россия достаточно окрепла. Но мы уже привыкли говорить, что у нас все плохо. У нас не плохо, у нас гораздо лучше, чем в Европе. У нас еще нет такой безысходности, такого растления, как там. У нас есть мать и отец, у нас есть Отечество. А у них – родитель № 1, родитель № 2, и, значит, они отрицают свое Отечество, они отрицают сами себя.

Бывают разные больные люди. Есть люди, у которых есть совесть, которые не хотят заразить окружающих. А иные, погибая, хотят заразить своей стыдной болезнью весь мир, в особенности Россию, потому что только у нас такая живая, животрепещущая вера в Господа, у нас Православие. Это в России Пояс Богородицы собрал миллионы. Для них это непонятное, странное и опасное явление. Читая СМИ, надо очень хорошо фильтровать информацию и понимать, откуда ноги растут, и кто получает за "чернуху" доллары.

– Каково впечатление от II форума православных женщин?

– Форум МОО "Союза православных женщин" вдохновил своей целенаправленностью и, отчасти, оптимизмом. На форум собрались со всех концов так много хороших, красивых женщин – и молодых, и постарше, очень искренних. А это самое главное. Потому что уж очень много вокруг вранья. Слово приветствия участникам форума прозвучало от Его Святейшества Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла, который в своей речи выразил надежду на то, что женщины, как и прежде, будут опорой Православия, откроют в себе созидательные силы, которые помогут в становлении и обновлении государственных институтов. Тот факт, что форум возглавил Первоиерарх Русской Православной Церкви, имел особое значение, ни с чем несравнимое.

– А на какой секции были Вы?

– На секции "Женщины в Церкви". Там было много живых и разнообразных выступлений, очень интересных предложений. Вновь был упомянут Химкинский лес, через который должна пройти дорога на Питер. Там есть, кажется, Мещерские святые источники, но фирмы, которые строят эту дорогу, не заинтересованы в сохранении святынь, не боятся их задеть, на кону стоят большие деньги. Поэтому и сохранением святынь должны заниматься мы сами – люди – и оберегать их.

– Какие еще проблемы обсуждались на секции?

– Одна женщина-филолог очень интересно и глубоко говорила о церковно-славянском языке. Она сделала вывод, что церковно-славянский язык это – живой язык, потому что он применяется в Церкви. Это тот ручей нашей русской речи, который питает наш язык. Нельзя отказываться от языкового богатства, которое мы имеем. Русская Православная Церковь ни в чем не изменила своей церковной культуре. Она та же, что и в первые века христианства, во времена Апостольской Церкви. Так же происходит служба, такие же прекрасные храмы, и даже новые храмы строятся в соответствии с каноном. Русская Православная Церковь ни в чем не изменила себе и имеет истинную культуру, прекрасное хоровое пение...

Лучшую современную музыку написал митрополит Волоколамский Иларион (Алфеев). На поэтическом вечере, посвященном Оптинскому старцу Амвросию, прозвучали стихи, которые были присланы из Афонского монастыря русским иноком. Один из лучших фильмов, представленных на кинофестивале "Лучезарный ангел", – "Спас на холму" – снял монах. И возникла надежда на то, что, может быть, из монастырей, как и прежде, возродится культура, которую, подхватит мир. Ведь в светской культуре давно уже появилась тенденция к извращению классической культуры. Например, в Большом театре поставлены оперы "Евгений Онегин", "Руслан и Людмила", "Золотой петушок", и эти постановки были сознательным извращением великих произведений А.С. Пушкина. Надо сказать, что и Чехова очень мучают на подмостках... Однако это не так безобидно, как может показаться, это не просто авторский взгляд, это задача выбить у нас из-под ног почву.

В разных странах и в разное время был свой Золотой век, например, эпоха Возрождения. Наша эпоха Возрождения – это XIX век, это классическая литература, музыка, живопись. На самом деле XIX век к нам даже ближе, чем XX век, ближе по духу. А вот если мы свой золотой стержень – XIX век – выдернем, (а это понимают наши враги), то культуры больше не будет. Есть много хороших писателей, которых я очень люблю и глубоко почитаю, и в XX веке, но Достоевский остался Достоевским. И в XXI веке не станет лучше – для того чтобы выросли грибы, нужна хорошая грибница. Потому наш Золотой XIX век должен быть обязательно возвращен и в школы, и в общение. Как только мы отказываемся от классической культуры, мы отказываемся от всего.

Например, такое наблюдение: на открытии фестиваля "Лучезарный ангел" выступал хор Сретенского монастыря. Организаторы концерта решили совместить церковное и светское, и сразу за прекрасными песнопениями хора начали выступать певцы, которые исполняли "попсу". Образовалась огромная пропасть между прекрасной церковной музыки и современной. А как не полно, не красиво звучит русский язык в наших СМИ! Дикторы не обладают речевыми данными, говорят очень поспешно, глотая гласные, а гласные – это голос Божий.

– А хотелось бы Вам побывать на секции "Милосердие и благотворительность"? Это близко Вам?

– Конечно, близко. У нас есть такое послушание – мы ухаживаем за актерами, ветеранами советского кино, за теми, кто одинок, кто нуждается в помощи. Но что об этом говорить? Это надо делать.

– На секции "Милосердие и благотворительность" были сделаны доклады "Кружок великой княгини Елизаветы Федоровны "Детская лепта" и возрождение традиций детско-юношеской благотворительности в наши дни" и "История создания пьесы Риммы Кошурниковой "Белый Ангел Москвы"". Хочу спросить Вас как актрису, стоит ли ставить пьесы о Елизавете Федоровне (моей любимой святой) или лучше читать книги о ней?

– Вы знаете, есть личности, которые и при жизни были очень скромными, да и после их ухода на небеса, о них также трудно говорить. Конечно, лучше читать, конечно, лучше молиться ей – святой преподобномученице Елизавете. Она, конечно, совершенно изумительная звезда на небе женской святости. У нас было много женщин в истории, которых мы почитаем, как святых, и я надеюсь, будут и дальше, где-нибудь в монастырях, осененные благодатью Божией, возрастать матушки, которых наши потомки будут также почитать, как святых жен.

– А как детям рассказывать о такой лучезарной личности? Все-таки жития они читать не будут...

– Был такой опыт. Великую княгиню Елизавету Федоровну канонизировали, по-моему, весной 1992 года. И на вечере, посвященном Царской семье и, в частности, Елизавете Федоровне, девочка лет 11-12, Настя Корсак, читала ее житие, вернее, кусочек из жития о том, как ее сбросили в шахту. И когда ребенок читал со сцены об этом невероятном событии, знаете, что было в зале? Одной из женщин (очень знаменитая женщина, профессор) стало плохо. Она стала как-то по-бабьи голосить: "Ой-ой-ой, что я слышу!" Такое сильное впечатление оказало на нее чтение ребенком жития святой преподобномученицы. Настя прочитала так глубоко, так грамотно, так сдержанно, с таким пониманием Ее духовного подвига, что это произвело необыкновенное впечатление. Даже при закрытых дверях и окнах, заколыхались белые французские занавеси... На вечере выступали только дети и духовенство, и все было так непосредственно и чисто.

Нужно чувствовать сердцем, как рассказать ребенку о Елизавете Федоровне. О ней можно рассказать и совсем маленькому ребенку, но согласно его возрасту. Просто рассказать о том, что была такая прекрасная принцесса, которая жила в Дармштадте. Ее бабушкой была английская королева Виктория. Принцесса Элла (так Елизавету Федоровну звали в семье) осиротела. Ее мама рано умерла, у нее остались детки. И вот Элла ухаживала за своими младшими братьями и сестрами. Они жили очень скромно, сами убирали свои комнаты, у них не было слуг, хотя девочки были принцессами.

Вот такими доступными и простыми словами надо рассказывать детям. Если это молодая девушка, можно по-другому рассказать. Можно сказать, что, когда младший брат Эллы выпал из окна и разбился насмерть, девочка дала обет святой Елизавете Тюрингенской, своей небесной покровительнице, что у нее никогда не будет детей; такое потрясение Она пережила, когда погиб Ее младший брат. А когда Елизавета Федоровна все-таки вышла замуж за великого князя Сергея Александровича, у них была договоренность жить в браке как брат и сестра. Можно рассказать о том, что она горячо любила своего мужа, что это была очень красивая пара, и они необыкновенно и красиво жили вместе. А когда его разорвала бомба Каляева (это ведь очень страшное зрелище), она собирала кусочки своего мужа и складывала их на шинель. И в этот момент она не пролила ни слезинки, она была настолько собрана и сосредоточена на том, чтобы собрать все, чтобы ничего не оставить! Только Господь мог помочь ей в эту минуту. Поэтому ее уход в монастырь такой естественный. Марфо-Мариинская обитель была, конечно, монастырем, немного осовремененным для того времени, но монастырем – с самым настоящим монастырским уставом и укладом. Можно рассказать и о гибели Елизаветы Федоровны в шахте под Алапаевском, куда ее живой сбросили вместе с другими алапаевскими мучениками...

– Мы возили спектакль "Белый Ангел Москвы", в котором играли только школьники, в интернат для умственно отсталых детей, и вот эти непоседливые дети, не шелохнувшись, просидели двухчасовой спектакль с таким трагическим финалом. Педагоги были потрясены их реакцией, их аплодисментами. А что Вы думаете о программе "Детская лепта", цель которой – воцерковление детей через приобщение их к делам милосердия? Как, на Ваш взгляд, лучше воцерковлять ребенка?

– Приближается Рождество Христово, и этот Праздник может стать самым прекрасным, самым действенным воцерковлением ребенка любого возраста, даже 2-х – 3-х летнего возраста. Весело, осмысленно и глубоко отпраздновать Рождество Христово вместе со своим ребенком, сделать какие-то сюрпризы. Сделать праздник необыкновенным, сказочным.

– Во время нашей беседы Вы упомянули Достоевского. Меня интересуют Ваши мысли о его фантастическом рассказе "Сон смешного человека". Смешной человек заразил невинных "детей солнца" с другой планеты точно так же, как сейчас россиян заражают духовными недугами представители западной цивилизации...

– "Сон смешного человека" – глубинное произведение о душе русского человека, о его смирении, о бесконечном смирении, до слез, до полного отречения. Я давно читала этот рассказ и говорю сейчас об общем впечатлении. Первое, что я прочитала у Достоевского в подростковом возрасте (лет в 13-14), – это "Неточка Незванова". Я так плакала! Но эти слезы были радостные, так необычно наполняющие душу. Это был плач не от уныния, а скорее от невероятного сочувствия, которое меня наполняло, и это сочувствие в результате вылилось в глубокую радость: "Боже мой, как написал Федор Михайлович, как я это понимаю!"

Ну, и потом, конечно, "Преступление и наказание". Образ Сонечки меня долго преследовал. Когда я была актрисой, мне очень хотелось ее играть. Но честно сказать, слава Богу, что я ее не играла. Наверное, самое сильное впечатление – это "Записки из мертвого дома". Там, на каторге, когда он пишет, что полюбил русский каторжный народ, это был совершенный переворот всей его души, всего сознания, это было христианским прозрением. Меня потрясла эта книга и тогда, когда я читала ее впервые, и потрясает всякий раз, когда я думаю о ней.

– Мне радостно слышать Ваши слова о Достоевском, потому что именно он привел меня по-настоящему к Богу.

– Конечно, все его произведения – это своего рода Евангелие. Это не моя мысль, это мысль кого-то из очень известных людей, и я с ним согласна.

Справка

Инокиня Ольга (в миру Ольга Фроловна Гобзева) родилась в 1943 г. Окончила ВГИК (мастерская Б. Бабочкина). Ее творческая карьера началась ярко в середине 1960-х: успешные роли в кино, театральная жизнь. Снялась более чем в 40 фильмах, среди которых "Крылья", "Портрет жены художника", "Операция "Трест"", "Фокусник", "Однажды 20 лет спустя". С 1966 по 1992 гг. работала в Театре киноактера. В 1993 г. приняла монашеский постриг с именем Ольга. Является председателем Координационного совета женских благотворительных организаций при Синодальном отделе по церковной благотворительности и социальному служению.