В истории развития России духовные иерархи играли огромную роль. Отношения между церковью и государством не всегда были гармоничны, но церковь выступала в качестве примиряющей силы, оказывая деятельную поддержку в деле защиты русской земли от иноверцев и в деле собирания Руси.
Среди церковных деятелей XV века выдвинулся своими умными поучениями видный знаток церковной литературы – скорописец, выходец из крестьян Нил Сорский (в миру Николай Майков 1433 – 1508). Став монахом, в течение нескольких лет путешествовал по святым местам, побывал в Константинополе, Палестине и Афоне, где его особенно привлекли учения греческих исихастов.
В его обители собрались несколько десятков последователей, которых стали потом именовать "заволжскими старцами". Несмотря на уединенность жизни, Нил Сорский принимает активное участие в работе церковных соборов.
Он хотел реформировать монашество, избавить его от тех пороков, которые вызывали протест и осуждение со стороны верующих. Реформатор выступал против церковного землевладения, говорил о том, что для Церкви недопустимо владеть "земными богатствами".
Надо сказать, его критика существующих в церкви порядков приобрела довольно широкий для того времени резонанс. Вслед за восточными и греческими подвижниками Нил Сорский считал, что суть монашеской жизни не во внешнем поведении, обрядах и бесконечных молитвах, а в умном, мысленном делании. Монастыри, по его мнению, должны быть прежде всего средоточием подвижничества, а монахи должны быть "нестяжателями" – не иметь никаких имуществ и питаться лишь за счет плодов собственного труда.
Мысленное делание он понимал как постоянную сосредоточенную работу духа над своими греховными помыслами и страстями, борьбу с ними. Мыслитель в своем "Уставе", который представляет значительный интерес как источник русской философской, этической и психологической мысли, описывает основные человеческие грехи, подробно рассматривает пять ступеней развития страсти ("прилог", "сочетание", "сложение", "пленение", "страсть").
Нил Сорский проповедовал идеи мистического аскетизма, направленного не на истощения плоти, а на духовный подвиг, связанный с внутренним совершенствованием души. Применяя учение исихазма, писатель в своих трактатах "Предание", "Устав", "Завещание" отмечает необходимость "умного делания" – постоянной внутренней борьбы с дурными помыслами и порочными страстями. Скудость вещей, считал православный ученый, научит воздержанию и отвратит человека от всяческих излишеств, страстей, позволит возлюбить нищету, нестяжание и смирение.
Аскетический идеал сопряжен с принципом милосердия и милостыни, понимаемый как благотворительность, то есть с принципом служения миру, служения либо словом, либо делом, либо тем и другим. Обличения стяжательства, связанные с евангельским призывом "раздать имение нищим", перерастали в имеющую более широкого адресата критику "многостяжания", жажду наживы неправедных способов приобретения богатства и других сопряженных с этим пороков.
Нестяжатели обличали страсть к наживе, вживляли в общественное сознание мысли об умеренности и ра-зумности потребления. Он писал: "Страстью называют такую склонность и такое действие, которое долгое время, гнездясь в душе, посредством привычки, обращаются как бы в естество ее. Человек приходит в это состояние произвольно и самоохотно; тогда помысл, утвердясь от частого с ним обращения и сопребывания, и согретый и воспитанный в сердце, превратясь в привычку, непрестанно возмущает и волнует его страстными внушениями, от врага влагаемыми".
Такая позиция церковного деятеля означает уход от мирской суеты, в созерцательное отношение к миру, которое позднее сформулировал в своей философской системе Иван Ильин. Выступая на Соборе 1503 года, Нил Сорский в полемике с Иосифом Волоцким и его последователями доказывал необходимость нравственного очищения и удаления от мирской суеты людей, занятых гармонизацией, совершенствованием души. Сущность своего понимания, связанного с духовно-созерцательной, главный "нестяжатель" выразил в блюдении чистоты мистической жизни, не из презрения к миру, а во имя различия Церкви и мира, различия между "иосифлянами" и "нестяжателями".
Хотя "иосифляне" одержали победу, спор между ними был спором между двумя византийскими традициями, причем уже достаточно прочно пересаженными на русскую почву.
Удивительный мыслитель перед смертью завещал ученикам бросить свой труп в ров и похоронить "со всяким бесчестием", прибавив, что он изо всех сил старался не удостоиться никакой чести и славы ни при жизни, ни по смерти. Ученики великого старца исполнили завещание, об этом свидетельствуют их воспоминания, дошедшие до нашего времени.
Нил Сорский причислен к лику святых. Немногочисленные христианские трактаты мыслителя говорят о том, что его размышления о мире, его традиция, дававшая ра-зуму большой простор, могла бы создать предпосылки для более раннего пробуждения русской религиозно-философской мысли.
Источник: Тюменская область сегодня
