Храмы не пустуют!

"ЗАПРОГРАММИРОВАТЬ" ВСТРЕЧУ С БОГОМ НЕВОЗМОЖНО

О прихожанах новых храмов, участии Церкви в социализации трудовых мигрантов и устройстве брошенных детей, а также о возможных способах воцерковления "сигающих в прорубь" "СтоЛИЧНОСТЬ" побеседовала с председателем Синодального информационного отдела Владимиром ЛЕГОЙДОЙ.

– ВЛАДИМИР Романович, в Москве полным ходом движется программа строительства 200 новых храмов, рапортуют о закладке камней, некоторые церкви уже введены в эксплуатацию. А в них люди-то ходят? Какие ощущения?

– Ощущение – категория ненаучная, есть понимание, основанное на проверенной информации: ни один из новопостроенных храмов не пустует. Общины возникают прямо на глазах. Одна сотрудница нашего отдела живёт в Кунцеве, там сейчас строится один в рамках программы. Возведение каменного храма – дело небыстрое, и потому пока около стройплощадки поставлен деревянный поменьше. Так вот в праздники эта временная церковь всегда переполнена, многим приходится стоять на улице.

Другой пример – храм во имя благоверного князя Александра Невского при МГИМО. Опять-таки пока стоит лишь временный, хотя и немаленький – примерно на 300 человек. Так вот, в воскресенье он всегда полон, свидетельствую лично, так как являюсь прихожанином этого храма, появления которого многие студенты, выпускники и сотрудники нашего вуза ждали много лет. Богослужения совершаются в среднем 4-5 дней в неделю. И он никогда не пустует. За часто срежиссированными протестами, рапортами, соцопросами, связанными с программой строительства храмов, не всегда видят тех, ради кого всё это делается, – верующих и ищущих веру людей. Молодые семьи, приходящие в близлежащую церковь причастить детей, пожилые люди, инвалиды, которым не надо ездить на другой конец Москвы, – вот для кого "Программа-200". К слову: поскольку мне пришлось "прописаться" в "Фейсбуке", могу привести такой пример: почти каждую неделю пишет кто-нибудь из знакомых, друзей или коллег, спрашивая о том, как попасть в храм.

И люди интересуются этой программой вовсе не с позиций, будет ли храм мешать выгулу их собак. В конце 2012 года в рубрике "Актуальное интервью" мы предоставили возможность посетителям сайта Синодального информационного отдела (www.sinfo-mp.ru) задать любые вопросы председателю Финансово-хозяйственного управления Русской православной церкви епископу Подольскому Тихону, который курирует строительство 200 новых храмов в Москве. Так вот, очень много вопросов было посвящено именно реализации этой программы. Люди интересовались, как выбираются названия этим храмам и священники для новых приходов, почему приостановлено возведение той или иной церкви .

– Святейший Патриарх недавно вновь призвал к усыновлению детей. Надеюсь, что как можно больше людей найдут в себе силы откликнуться на этот призыв. Убеждён, что государство должно финансово поддержать усыновителей, наконец услышать церковные предложения по участию в решении этой вопиющей проблемы. Русская православная церковь только в России уже имеет 90 церковных детских домов, в которых проживает полторы тысячи детей, включая детей-инвалидов. Условия проживания и качество заботы и воспитания детей в церковных детских домах в 9 случаях из 10 не просто сравнимы, но и превосходят таковые в казённых заведениях. Это результаты труда верующих людей, мирян, священников, монашествующих. И этот труд будет продолжен. Не могу не сказать, что инициативы Церкви здесь нередко наталкиваются на бездушную и порой враждебную реакцию.

– Миссия Церкви – это дело, которое совершается усилиями людей и ограничено их возможностями. Но отношения человека с Богом – дорога с двусторонним движением.

С одной стороны, человек сам способен сделать шаг навстречу Богу, и Церковь помогает ему в этом. Но есть и вторая сторона, которая может совершать то, что людям не под силу.

И потому мы исходим из того, что главное изменение в человеке происходит не только его усилиями, но и по воле Бога.

Один мой друг рассказывал, как стал верующим. Он поехал в Иерусалим "религиозным туристом". И по принципу "все побежали – и я побежал" стоял в очереди к плите миропомазания в Храме Гроба Господня. Когда он, толком не понимая, что делает, "как и все" приложился к плите миропомазания, то в этот момент он всем своим существом понял, что всё, что он читал в Евангелии про Христа, – правда. А значит, жизнь должна быть другой, он должен быть другим и жить надо по-другому. И я могу свидетельствовать, что с этих пор человек очень изменился в своих мыслях и делах, что, конечно, не исключает последующей катехизации.

Есть вещи, которые невозможно предусмотреть, подготовить, "запрограммировать". Заставить человека полюбить, уверовать, организовать его "гарантированную" встречу с Богом невозможно. Но мы стараемся сделать то, что зависит от нас, чтобы они не разминулись.

Продолжение беседы, в которой обсуждается межнациональная ситуация, почему не работает закон о передаче религиозным организациям храмов и реальном числе православных людей в нашей стране, читайте в следующем номере "СтоЛИЧНОСТИ".

За протестами, рапортами, соцопросами, связанными с программой строительства 200 храмов, не всегда видят тех, ради кого всё это делается, – верующих и ищущих веру людей.