Игумен Петр (Мещеринов): "Таких фигур, как Бах, – несколько на все человечество"

В издательстве "Центр книги Рудомино" вышла книга "Иоганн Себастьян Бах. Тексты духовных произведений" – тексты всех баховских кантат, мотетов, "Страстей" и ораторий, написанных средневековыми авторами и старшими современниками Баха. Эти тексты на протяжении нескольких лет переводил игумен Петр (МЕЩЕРИНОВ), музыкант по образованию и настоятель подмосковного подворья Данилова монастыря.

Игумен Петр – автор статей и книг, посвященных православному мировоззрению, а также аудиолекций по истории музыки (они доступны на сайте www.predanie.ru). На данный момент цикл состоит из 21 лекции – от зарождения и становления западноевропейской музыки до Баха и Генделя. Жизни и творчеству Баха посвящены 12 лекций, Генделю – 2, и работа над ними продолжается.

– Отец Петр, вы учились в музыкальном училище при Московской консерватории у Владислава Сенкевича, затем в самой консерватории на оркестровом факультете у Валентина Снегирева. Позже играли на ударных инструментах в оркестре МХАТа имени Чехова и в оркестре Большого зала Московской консерватории под управлением Леонида Николаева. Был ли потом перерыв в ваших занятиях музыкой или интерес к ней присутствовал постоянно?

– В 1991 году я поступил в Данилов монастырь в Москве и по специальности уже не работал. Правда, я был в монастыре регентом и звонарем, так что формально перерыва и не было. Но, во всяком случае, несколько лет я вплотную не занимался музыкальными предметами – их вытеснило, скажем так, погружение в монашескую жизнь.

– Как и когда вы вернулись к музыке?

– Лет через шесть-семь. Я вновь почувствовал некий профессиональный интерес к музыке, но уже на каком-то другом уровне.

– Ваша любовь к музыке Баха возникла еще в консерватории или позже?

– Баха я с детства любил. Я всегда чувствовал в нем нечто большее, чем только музыку.

– Что же именно?

– Проповедь о Христе, выраженную музыкой.

– Как родился замысел сделать перевод текстов к духовным сочинениям Баха?

– Это была довольно долгая работа. Я кое-что переводил для себя. Затем вышла книжка моего преподавателя, с которым мы не теряем связи и сегодня, профессора консерватории Михаила Александровича Сапонова "Шедевры Баха по-русски" – там был перевод избранных кантат. Я подумал – вот хорошо, если бы на русский язык были переведены все кантаты. А Михаил Александрович, посмотрев мои переводы, мне и сказал – а вот вы и продолжайте сами. Так потихонечку и пошла эта работа.

– Ваши переводы можно найти также на сайте "Кантаты Баха" (bach-cantatas.com), содержащем максимум информации о кантатах Баха, их исполнениях, записях, а также их тексты на самых разных языках. Как ваши переводы туда попали?

– Как раз когда я стал работать над своими переводами, то по рекомендации профессора Сапонова связался с главным редактором этого сайта и отсылал ему их. Но в книге – последняя редакция, есть разница между книгой и сайтом. Раньше, кстати, на этом замечательном сайте на чуть ли не всех языках русских текстов не было, что также было одним из побудительных мотивов для перевода.

– Как стал возможен выпуск этой книги?

– Это произошло благодаря усилиям генерального директора Библиотеки иностранной литературы Екатерины Юрьевны Гениевой и с благословения митрополита Волоколамского Илариона. Владыка Иларион написал очень заинтересованное письмо в Федеральное агентство по массовым коммуникациям с рекомендацией включить книгу в программу "Культура России". Таким образом ее финансирование стало возможным, и Екатерина Юрьевна Гениева издала эту книгу – я бы сказал, издала с большой любовью – в "Центре книги Рудомино".

– Работая над переводом, вы стремились в первую очередь передать букву или дух текста?

– Я старался быть максимально близок к буквальному смыслу. Но там, где "буква" не укладывалась в некие, если можно так выразиться, "православные рамки" русского языка, приходилось это корректировать. А так перевод получился достаточно буквальным, насколько возможно.

– Попадали ли в поле вашего внимания "Страсти по Марку" и "Страсти по Луке", которые имеют к Баху косвенное отношение?

– "Страсти по Луке" – неподлинное произведение, а от "Страстей по Марку" до нас дошел лишь текст, музыка утеряна. Да, я изучал эти произведения, но переводить не собирался.

– Ограничивается ли сегодня ваш интерес к музыке только творчеством Баха?

– Нет, отнюдь. Я вообще люблю всякую классическую музыку, причем разную: Шютца, Генделя, Бетховена, Вагнера – ряд великих композиторов, которых можно долго перечислять. Люблю и музыку ХХ века – Бартока, Хиндемита, Шостаковича. Мои любимые композиторы – Бах и Гайдн, которые, как мне представляется, являются самыми религиозными авторами среди великих творцов музыки.

– Ходите ли вы на концерты?

– Нет, на концерты не хожу, я предпочитаю слушать музыку в записи.

– Верно ли, что дирижеру вообще не следует браться за исполнение духовной музыки Баха без хорошего знания немецкого языка? Этот вопрос вызван словами известного дирижера Льва Маркиза: "Много лет мечтал дирижировать "Страстями по Матфею". Как я был наивен: мечтал о "Страстях", не зная по-настоящему языка, а ведь у Баха каждое слово драгоценно для понимания музыкальной сути. Только теперь вижу, как глубоко нужно погрузиться в текст, чтобы иметь право исполнять эту гениальную музыку".

– Это так, конечно. Хорошее знание немецкого языка – вещь, скажу вам, очень сложная, но несомненно нужно знать, о чем писал Бах.

– Интересуют ли вас современные обращения к жанру "Страстей", будь то "Страсти по Иоанну" Софии Губайдулиной или "Страсти по Матфею" митрополита Илариона?

– О "Страстях" владыки Илариона я уже говорил на сайте "Православие и мир". Я считаю, что это очень удачный пример сочетания, скажем так, музыкального академизма с доступностью. Мы видим, с какой радостью "Страсти" владыки Илариона принимаются публикой, а ведь написать сочинение крупной формы, да еще на такой сюжет, очень непросто. "Страсти" Губайдулиной написаны совсем в другом стиле, который мне не близок.

– "Страсти" Губайдулиной были написаны по заказу Международной Баховской академии в Штутгарте к 250-летию со дня смерти Баха; тогда же были заказаны "Страсти по Луке", "Страсти по Марку" и "Страсти по Матфею", которые создали соответственно немец Вольфганг Рим, аргентинец Освальдо Голихов и китаец Тань Дунь, представлявшие разные части света. Слышали ли вы их сочинения?

– С этими произведениями я незнаком. "Страсти" Губайдулиной слушал, а другие нет. Что же – композиторы сочиняют, и слава Богу!

– Ваша работа над переводами текстов сочинений Баха будет продолжаться?

– Думаю, уже нет. Может быть, – это в дальних планах – буду писать про Гайдна или про Генделя, потому что на русском языке мало литературы про этих композиторов, практически совсем нет. А перевожу сейчас тексты средневековых немцев-мистиков; к музыке это уже не имеет отношения.

– Как вы себе представляли аудиторию книги, работая над ней?

– Это прежде всего любители Баха, которые хотят воспринимать его духовную музыку в полноте, то есть в связи с текстом. Книга предназначена именно для того, чтобы, слушая музыку, одновременно читать текст.

– Согласны ли вы с тем, что Бах стоит на недосягаемой вершине даже среди величайших композиторов всех времен и народов? Если да, то можете ли это обосновать?

– Да, я тоже так считаю. Конечно, Бах – это дар Божий. Таких, как он – несколько на все человечество. Его можно сравнить, например, с Аристотелем, Данте или Ньютоном. Это люди, которых по пальцам двух рук можно пересчитать во всей истории человечества. Бах – фигура именно такого масштаба в области не только музыки, но и христианства в целом.