Долгое время я думал, что мы должны стремиться к единству, потому что так велел нам наш Спаситель. Это продолжалось до тех пор, пока я однажды не осознал, что Его заповедь полностью совпадает с моей внутренней потребностью этого единства.
Какая ошибка было бы предположить, что единство означает однородность! Что быть вместе равнозначно тому, чтобы стать одинаковыми. Насколько разными апостолами были Петр, Иоанн, Андрей и Павел! Они и спорить и ругаться между собой умели, но одного никогда не забывали: как Господь вошел в их жизнь. Он вывернул ее наизнанку, стократно обогатив. Ради этого они могли и пойти на диалог, но диалог не являлся самоцелью, а лишь средством в достижении Главного: свидетельства о Нем.
Истории известны многочисленные примеры попыток вновь обрести единство между христианами. Самые последние описаны в книге Анджелло Тамборра "Католическая церковь и русское православие: два века противостояния и диалога". Некоторые из них, прямо скажем, выглядят сегодня смешными, другие – насильственными, а третьи хоть и вдохновляющими, но малореалистичными.
Понятно, насколько сложен и долог этот путь: если для православных представляется невозможным принять папство в его нынешнем виде с "жесткими юридическими установками" и "вертикалью власти", то и для католической стороны непросто смириться с тем, что для них может выглядеть в Православии "какофонией" и возможным источником новой ереси ("всем же известно, что все ереси пришли с Востока").
Получается, что я исписал целую страницу и потратил 5 минут вашего времени, чтобы доказать, что единство христиан – химера, и оно недостижимо в нынешней ситуации? Совсем нет. Я хочу, чтобы вы поняли: это разделение не может быть принято как норма, как нечто самой собой разумеющееся или со злорадством. Это наша общая трагедия.
Потому что не существует у человечека более сильного желания, чем жажда единства. Прежде всего, единства в своей семье – ведь нет ничего более тревожного для ребенка, чем те моменты жизни, когда его родители ссорятся. Не менее важны единство с друзьями или на работе. Не секрет, что один из показателей реальной дружбы – дискомфорт после ссоры с другом, и хуже не придумать ситуации, когда каждый сотрудник старается перетянуть одеяло на собственные проекты: дело не укрепляется, не развивается.
А также целостность нашей страны, общества. Так, наблюдаемый сегодня распад Бельгии, стремление ее граждан к достижению все большего числа личных благ может казаться разрушительным, если не принимать во внимание то дело, которое делается во имя общего блага.
И самое главное – единство в общине, в приходе, в Церкви. На мой взгляд, ее разделение для многих, очевидно, свидетельствует об отсутствии главного, объединяющего ее начала – Христа.
Эль Греко. Апостолы Петр и Павел
Эль Греко. Апостолы Петр и Павел. Между 1587-1593.
Если попробовать организовать дело, спланировать мероприятие, в котором не все его участники разделяют хотя бы промежуточные цели, что с ним произойдет? Оно непременно развалится. То есть, если в основе всяких отношений, любых дел не лежит общая цель, даже самые большие усилия в их достижении будут тщетны.
Но, если единство важно даже в мелочах, я не понимаю, как мы, верящие во Христа, воплощенного Бога, центр истории и Вселенства, смысл жизни и смерти, не можем (или не хотим?) возжелать, чтобы все человечество, вся наша жизнь, вся славящая Его Церковь были едины? На это можно возразить, что мы, немощные, неспособны сохранить мир даже с самыми близкими, что мы давно не видели друг друга и так отдалились, что привыкли жить по-разному. И уж тем более наши христианские традиции стали чуждыми, а трактовка, толкование, разъяснение некоторых истин и вовсе противоречит принятым в других Церквах...
Кстати, у меня есть два аргумента в защиту моей идеи о единстве. Во-первых, я говорю не о нравственной стороне. И я не утверждаю, что одними нашими стараниями удастся поменять положение дел. Конечно, сам по себе я мало на что способен, у меня многое не получается. Сколько раз я бросал курить? Как часто обещал себе сделать это, никогда не делать другого, например, не злословить... Ничего не получалось. Сколько раз я нарушал другие данные себе обещания, сколько добрых намерений так ни во что и не превратилось, не реализовалось, оставив меня "на поле брани" грустным и униженным. Так что даже при моем самом горячем желании единства, сам по себе я мало что способен сделать.
Но у меня остается еще "во-вторых": не может ли наше различие стать взаимным обогащением, а наше многообразие взаимным укреплением? И вдруг окажется так, что мои косяки будут исправлены милосердием другого? И наоборот. Мне так жаль видеть как православные друзья ссорятся, используя соцсети для раздоров, ведь их объединяет гораздо больше, чем они думают...
Я написал этот текст, чтобы еще раз напомнить прежде всего – себе: единство – не плод наших усилий, организации конференции, а дар. И в своей книге "Духовные основы жизни" (1884) Владимир Соловьев утверждал, что "Христос – в основе всего". Если исходить того, что для Соловьева эти слова были аксиомой, непреложной истиной, тогда можно согласиться с Леонидом Василенко, утверждавшим, что для Соловьева "все остальное в его учении – Всеединство, София, пути сближения Востока и Запада, соединение научных, философских и религиозных знаний в "цельном знании", религиозный путь России – важно, когда соотнесено со Христом, с Тем, без Кого жизнь уже и не жизнь. Без Богочеловеческого идеала всё в жизни теряет смысл".
Источник: Фома
