"Я чувствую себя мостиком между Россией и Ватиканом"

Главный портретист Ватикана, российская художница Наталья Царькова дала эксклюзивное интервью "Голосу России", рассказав о своей встрече с Иоанном Павлом II.

Наталья Царькова, выпускница Всероссийскую академию живописи, ваяния и зодчества, приехала в Италию для совершенствования мастерства, но вскоре стала портретистом международного уровня, выполняя заказы, поступающие от царствующих домов и аристократов, известных государственных мужей и кардиналов. В один прекрасный день Наталью заметил Ватикан, где ее попросили написать портрет Иоанна Павла II. Об этом она рассказала "Голосу России" .

Для Папы Наталья написала целых три портрета маслом. Первый – к 80-летию понтифика в 2000 году, экспонирующийся сейчас в Ватиканских музеях, в которых хранится также ее портрет Папы Римского Иоанна Павла Первого. Второй портрет был заказан культурным центром имени Иоанна Павла Второго в Вашингтоне, а третий подарен кардиналом Станиславом Дживишем римской базилике Санта-Мария-дель-Пополо, титульным настоятелем которой кардинал является и где выставлены шедевры Караваджо, Браманте, Пинтуриккио, Себастьяно дель Пьомбо, Джанлоренцо Бернини, Рафаэля, Аннибале Каррачи.

– Не секрет, что многие Ваши коллеги пишут портреты папы римского, но официальным портретистом Ватикана стали все же именно Вы. Как сейчас, по прошествии стольких лет, Вы объясняете для себя этот выбор Святого Престола?

– Думаю, и то, и другое. Но и, конечно, не обошлось без вмешательства его Величества божественного проведения. Дело в том, что я приехала в Италию с выставкой только на 3 месяца, и Рим сделал все, чтобы меня не отпустить назад. Я начала работать с аристократией. К тому времени у папы римского не было своего официального портрета, несмотря на то, что он был на Святом Престоле уже 22 года. Так получилось, что мне был сделан заказ, и я написала портрет, который превзошел все ожидания и был утвержден как официальный. Я воспитывалась на примере Рафаэля, Микеланджело, Бернини, шедевры которых для меня с детства служили недостижимым, вдохновляющим примером. Они прославились на весь мир именно работой для папы римского. Продолжать традицию этих великих мастеров большая честь, но и очень большая ответственность. Например, несколько дней назад в Риме, а затем и в Вашингтоне была организована выставка, на которой были представлены портреты Понтификов за 500 лет: от Папы Юлия II, написанного Рафаэлем, до работ Веласкеса, Декатрона, Бернини, а также два моих портрета – Иоанна Павла I и Иоанна Павла II. Практически я была на выставке единственным художником, живущим на этом свете. Эти мои два портрета удостоились чести войти в пятерку лучших вещей выставки.

– Ватикан никогда не смущал тот факт, что Вы православная?

– Абсолютно нет, главное, что нас всех объединяет вера в Христа. И у нас, на самом деле, меньше различий, чем может показаться. Я себя чувствую очень нужной. Меня здесь очень ценят и с уважением относятся к моему творчеству. В каком-то смысле я чувствую себя как бы "мостиком", представляющим Россию. И это накладывает на меня дополнительную ответственность.

– Как проходила работа над портретами Иоанна Павла Второго? Подозреваю, что папа римский – модель необычная, выделяющаяся на фоне остальных?

– Когда я получила официальное предложение написать портрет Папы Иоанна Павла Второго, я испугалась. Потому что для меня этот мир был еще новым. Я начала изучать труды Папы, начала делать зарисовки во время аудиенций, чтобы вникнуть в этого человека. Я также изучила его жизнь. В итоге я поняла, как писать Папу. Он стоит, как бы сгибаясь под тяжестью народных страданий, опираясь на посох и смотря вдаль с любовью и надеждой. Там есть маленький секрет. Когда Папа его увидел, он даже вздрогнул от неожиданности, потому что в посохе отражается Богородица с младенцем. На самом деле, это "третий секрет Фатимы". В начале 19 века явилась Богородица и открыла детям 3 секрета. Их никогда никому не раскрывали и хранили очень бережно."Третий секрет Фатимы" заключается в том, что человек в белом, то есть Папа, падает. Иоанн Павел Второй разглядел в этом покушение, которое было на него совершено в прошлом.

– Как отреагировал Понтифик на первый плод вашей "совместной" работы?

– Я была удостоена чести представить этот портрет во время частной аудиенции с Папой. Портрет Иоанну Павлу очень понравился. Он мне сказал по-русски: "Ты русская? Да здравствует русское искусство! Продолжай в том же духе!". Вот я и продолжила.

– Вы также вошли в историю, став первой женщиной, решившейся написать свою версию "Тайной вечери". Расскажите, за что в Италии это полотно нарекли "Тайной вечерей третьего тысячелетия"?

– "Третьего тысячелетия", потому что композиция этой картины необычная. То есть я как бы зашла по другую сторону "Тайной вечери", и Христос поворачивается и смотрит на нас. Думаю, что в нашем тысячелетии Христос больше не может смотреть в небеса, как на предыдущих картинах, или на хлеб, как в "Тайной вечере" у Леонардо, но он должен смотреть на каждого из нас, как бы говоря: "Что вы творите, люди, остановитесь! По этой причине эта картина была удостоена чести быть выставленной рядом с "Тайной вечерей" Леонардо Да Винчи в Милане. Это мероприятие было приурочено к 11-му сентября. Картина олицетворяла символ мира, любви, размышления. У нее особая судьба, я бы сказала, "миссия". Она была выставлена в Риме к Пасхе, затем ее увидел Милан, сейчас она должна поехать в Нью-Йорк, а потом и в Россию, в Москву. Это как раз моя мечта. Идея заключается в том, что любовь к Христу объединяет людей и континенты.

– Над чем работаете в настоящий момент?

– В данный момент я пишу Святого Георгия, и пишу прежде всего для себя, потому что чувствую, что именно сейчас должна написать эту картину. В ней есть один неожиданный элемент, о котором пока предпочитаю не говорить. Я также мечтаю написать нашего Патриарха Кирилла, потому что я с большим уважением отношусь к личности Его Святейшества и хочу на этот раз что-то сделать и для России.